- Мимоходом нагрубил ей, пытаясь обогнуть их тела. - Да и не понимаю я ваш интерес к нашему роду, уважаемая.
- Да мы сильно не задержим вас, колючий вы наш, адепт и Страж. Вы один из тех кто отвечает за безопасность Академии? - Перешла она к делу.
- Я. И так как я ОТВЕЧАЮ ЗА БЕЗОПАСНОСТЬ Академии, то ЕЩЁ смею отвечать И ЗА безопасность АДЕПТОВ Лесной Академи. И сейчас ВЫ мне МЕШАЕТЕ. - Интонацией выделял нужные слова. Может так дойдёт? - Не могли бы Вы, уважаемые, не мешать моей работе? Я спешу. - Рыкнул на них и тихо добавил: - Пока не поздно...
- Но это важно... - Нахмурилась Высшая красавица.
- Моя работа для меня не менее важна. - Поставил я точку в этом разговоре. - С вами я могу связаться позже, если это Вам так нужно для дела. А теперь прошу простить, но мне действительно нужно спешить к ней. - Я проговорился...
- К кому 'к ней' ? - Зацепился за слова Высший демон. Его чёрные как тьма глаза изучали моё недовольное злое лицо. - К кому вы ТАК спешите, Кай Эстармиллен? - он не спрашивал, а скорее требовал от меня ответа.
- Адепт Акимова Кентаврика в беде. - Коротко ответил. И наконец-то обогнув их рванул дальше к выходу из волшбы.
- Что с ней, адепт? - Спросила демоница. Она вместе с братом шла не менее быстро за мной, отставая лишь на пару шагов.
- Блядь! Да если бы я знал, уважаемые, вы наши! - Прикрикнул в их сторону от злобы. - Я вообще не должен с Вами сюсюкаться и отвечать на каждый вопрос. Страж Врат отвечает только перед Ректором Лесной Академии и Цитаделью. Не перед чужаками. Хоть мы и благодарны вам за сотрудничество! - Когда злость спала я всё же решил добавить... - Она из Обычного мира послала неумелый, но очень сильный сигнал сос. Раз он дошёл аж до сюда значит что-то серьёзное...
- Но это невозможно, послать сигнал, - начала Высшая, но я её перебил.
- Я знаю, что возможно, а что нет! Поэтому и спешу. Сигнал с каждой минутой, пока мы с вами мило беседуем, становится слабее, господа демоны.
- Так разговаривать с нами... Можно же и без языка остаться, келпи. - Зашипела демонесса. Кажется такое обращение ей в новинку.
- И с этим тоже позже разберёмся. - Позабавился их реакцией, и ещё сильнее прибавил шаг, так, что теперь я почти бежал в гости к веде.
Наконец-то показались Врата. А скоро и её дом. Погода тут была хмурая, а дом неприветливо хмурым. Начинало вечереть, а свет нигде не горел, что было уже не так как обычно. Кентаврика всегда ближе к вечеру зажигала все источники света, даже если вечером было светло. А иногда забывала их выключать и засыпала при включенном везде свете и телевизоре.
И вот я уже без всякого приглашения вырываюсь в её дом как к себе... И не один. С Высшими, незваными, гостями.
К.
Глупая смерть для глупой девицы...
Лежу в созданной собой же клетке без права её покинуть. Хотелось бы, но я не понимаю как...? Сковывающий душу холод вернулся, но без мерзопакостных луж. Ноги и руки ощущались мной словно вата, лёгкими донельзя. Не удивлюсь если начну по чуть-чуть растворяться: один пальчик, другой, ножки, локотки и бедовая рыжая голова. Самое забавное, что моя душевная оболочка и физическая сейчас делаем одно и тоже - лежим и мёрзнем. Уже с минуты две как я прекратила свои дохлые попытки связи с одним из главных Стражей волшбы. Я его ощущала, но никак не могла передать сообщение. Возможно из-за большого расстояния между нами?
Я не хотела закрывать глаза, ведь на холоде нельзя спать. Но эта борьба с самим собой, я начала уставать...
И уже растворялась в этом адском холоде, как спина, плечи и ноги начали согреваться. Это успокаивающее душу тепло, эта надежда на существование. Будто кто-то очень горячий прижал меня к себе и крепко обнял. Кто-то кого так долго ждала. Неужели дождалась? Я почувствовала сильную пульсацию на переносице. Он делился со мной частью своей магии. И ощущалось это как прохладный бриз, который пробудил меня, взбодрил и заставил открыть заспанные глаза. Увидеть Его взволнованное лицо, сосредоточенный взгляд. Красивый...
В гостях ~
Я не готов был увидеть её в таком состоянии. Она была слаба, бледна, холодна... Её медные рыжие локоны словно выцвели, стали бледно рыжими, а волосы почти перестали виться. Яркие сочные губы потрескались и посинели.