— Вот вернусь — всем распизжу, какого я дракоху завалил. Каждая собака знать будет. А то даже батя мой приуныл. — рассуждал рыцарь Пизюк, пока врачи боролись с застёжками его горячих лат.
— Это вряд ли, — ответила Лемтюгова. — Все эти магические рисунки сгорели вместе с обоями. Портала больше нет.
— Да? Жалость-то какая.
— Я бы даже сказало — фиаско. — поддакнуло грустное копьё.
— Погодите-ка, — произнес щит. — А разве нельзя купить ещё таких же пару руло…
— Заткнись!!!!
Это выкрикнули все.
И правильно.
МЕДНЫЕ ТРУБЫ
Промоутер Галич негодующе шагал под нависающими трибунами ещё незаполненного ипподрома, семафоря красным от ярости лицом, чтобы ему уступили дорогу. Иногда ему приходилось менять походку и цвет лица: приветственно желтеть при виде хороших людей и заискивающе зеленеть при виде нужных. Очень же нужные удостаивались полной остановки Галича и попадания своей обмылочной ладошки в тесный плен его крабоподобных клешней. Но в целом настроение у промоутера Галича было отвратительным. На это было 28 причин. 28 пропущенных от Еремко, пока зелёный Галич вёл беседу с очень нужным человеком из Администрации.
Телефон пискнул о входящем сообщении. От Еремко. «Я ухожу!». Галич перешёл на рысь.
Через 10 минут он провёл аккредитацию по баклажановому носу охранника и очутился за высоким забором, скрывающим от посторонних глаз тренировочный загон, который окружали хайтешные коневозки, опрыщенные спонсорскими логотипами. С завистью поглядывая на все эти вкусные «Транснефти», «Альфа-Банки» и «Освящено Митрополитом», Галич подлетел к свежесинему трейлеру с постненьким «Матрёшки Придонья» и с шумом открыл дверь. Увернувшись от ударной волны из конского пота и сигарного дыма, нырнул внутрь.
— Ну наконец-то, бля! — пробрался голос сквозь табачный туман. Галич разогнал дымку, присмотрелся — Еремко, попыхивая сигарой в углу, яростно обрабатывал напильником своё переднее копыто, сыпля стружку прямо на именные пошитые на заказ труселя. В стороне стоял увядший полуметровый жокей Дима.
— Ну что опять не так… — простонал Галич.
— Уволь его к ****ям! — прогремел кентавр, тыча напильником в Диму.
— Что ты уже сделал? — спросил промоутер жокея.
— Ничего я не сделал, просто зашёл познако…
— Не ****и! — вскрикнул Еремко и поднялся на копыта, отчего трейлер на секунду превратился в хлипкий баркас посреди шторма. — Что это за хамло?! «Тыкает» он мне бля! Охуеть дружок нашёлся! Верни Трегубова!
— Да не вернётся Трегубов. — вздохнув, ответил Галич.
— А ты с ним разговаривал? Ты промоутер, бля! По****и, умасли, извинись, если надо!
— МНЕ извиняться? Это я его лягнул? И я не могу разговаривать с человеком, который только вчера родную мать узнавать начал! Дима с Ветром выиграл три этапа Прьемьера, так что проглоти его «тыканье» и спустись на землю!
Вместо ответа Еремко открыл холодильник и углубился в поиски баночного пива.
— Диман, — приобнял Галич жокея, — пожалуйста, я тя очень прошу. Попробуй наладить с ним контакт.
Дима осторожно подошёл к кентавру и робко погладил его по спине:
— Ну это… тихо… тихо…
Еремко дёрнул рыжей шкурой.
— Ты что — зоопедик? Он зоопедик, Галич? Он будет тереться о мою спину своим зоопедиковым хером?!
— Я никакой не зоо… — попытался защититься жокей, но тут же получил в маленькое лицо струю сигарную струю и затих. Еремко же продолжил своё наступление:
— Что это у тебя в сапожонке, гномик?
— Хлыст…
— Хлыст? О-о-о-о, у тебя есть настоящий хлыст. И что ты им собрался делать? Хлестать меня по сраке?
— Это просто атрибут…
— Атрибут. У тебя комплексы? — кентавр смял пиво из банки прямо в рот и отрыгнул, игогокнув. — Ты типа с ним власть охуенную ощущаешь, да? Такой господин «пол-организма»?
Это было отчасти правдой. Дима был зарегистрирован на паре-тройке тематических сайтов под ником «Мистер Стронг», где имел статус «Бывалый» и 18 экзальтированных рабских отзывов. И, хотя это было сейчас не важно, Дима молчал, пялясь в своё испуганное отражение на концах лаковых сапог.
— Так, ясно. — сказал Галич. — Дима, выйди, пожалуйста.
— Но…
— Я всё оплачу.
Дима с пионерской готовностью исчез, оставив кентавра с промоутером наедине.
— Что ты делаешь? — спросил Галич кентавра, который схватил пук соломы, макнул в ведро с шоколадом и принялся с удовольствием жевать.
— Што? Эшо глюкожа!
— Что с тобой происходит?! Что, блять, не так?!