— Что не так?! Я тебе скажу, что не так! Всё! Этот трейлер! Это грёбаный гроб, а не трейлер! Без кандишена и сортира! Я задолбался откладывать яблоки в ведро!
— Слушай, трейлер будет! Мы отобрались на Президентский, это другой уровень, я найду хороших спонсоров, мне звонил чувак из «Фонбета»…
— Потом! — продолжил кентавр, не слушая. — Нахуй кличку «Ланселот». Она мне никогда не нравилась. Какой-то ханыга из Средневековья.
— Но ты под ней три года валишь, это почти бренд…
— Нахуй, я сказал. Хочу быть Тор. Мейнстримовое погоняло, понял? Твою работу сейчас делаю.
— Тор? Ты что, Крис Хемсворт? Ты себя в зеркало ви..
— Дальше. — не унимался кентавр и пнул копытом искусственную голову лошади с длинной шеей, призванной скрывать голову, торс и руки. — Я больше не надену эту поролоновую ***ню. Это печка, блять, эсвэчешная, а не маска. Через 200 метров внутри такая пена — хоть по бутылкам «хэд энд шолдерс» расфасовывай. Есть нормальные материалы, с микропорами и всякой такой нанопоеботой. Мне пох, гды ты щас её достанешь, в этом я не поскачу. Теперь по сену. Достань блакнот — хули ты не записываешь?!..
…Галич слушал список претензий, рисуя в блокноте ромашки и свастики. Под льющиеся требования исключительно ирландского клевера, датского пива и швейцарских жокеев промоутер думал, в какой момент он допустил ошибку. Ведь всё было хорошо. Он впервые увидел молодого кентавра на таджикской границе, когда возил погранцам одну замшелую певичку. Еремко взяли на афганской границе с полста кило гашиша на мыльной спине. Для контрабандистов кентавр был талибанской мечтой: кроме быстрых копыт и ослиной выносливости Еремко имел человеческие мозги, чтобы вовремя слинять, и руки, чтобы отстреливаться из «калашникова». Галич сразу увидел в нём потенциал. Так как погранцы уже продегустировали трофей, ему не стоило особого труда убедить их, что он — Гендальф, и забирает кентавра, чтобы вернуть его эльфам Долины.
Кентавр быстрее лошади. Плюс он может грамотно рассчитать силы на дистанции, поэтому Галич с Еремко решили зарабатывать на скачках. Промоутер заплатил швее за лошадиную маску, отстегнул ветслужбе за соответствующие справки, договорился о молчании с жокеем Трегубовым (у того была ипотека, поэтому вышло чуть дороже ветов) и вместе с кентавром стал подниматься вверх по хлипкой спортивной лестнице. Они начали с малого — выиграли Кубок Мордовии. Потом «Камчатскую Весну». Дальше были «Кубок Президента Башкортостана» и «Гранд Астана». Призовые деньги были небольшие, но их хватало на аренду коневозки и заказ пары мясных пицц на вечер. Ну и жмоты-«Матрёшки», конечно, подкидывали. По ночам Ланселот-Еремко совершенно бесплатно тренировался на колхозном поле. Образование в виде чтения, письма и пользования смартфоном он тоже получил на халяву от промоутера. Будучи не только партнерами, но теперь уже и друзьями, они заявились на турнир в Нижнем. Призовые были так себе, но выигрыш сулил участие в Президентском Кубке. Еремко даже не вспотел и влетел на финиш, опередив ближайшую лошадь на два корпуса. Через два часа Галичу позвонили — вы в игре. А Москва — это прямой путь на королевскую гонку в Дохе. И вот это уже космос.
Галич готовился. Он заставлял кентавра просматривать записи забегов его будущих конкурентов — орловского Ермака, ахалтекинца Бахши, дончанки Сиесты и многих-многих других. Чемпионов, вечно вторых, борющихся с собой неудачников… Но что-то произошло, щёлкнуло в кентавровом мозгу. Меньше концентрации, больше пицц, сигар и пивка. Лёгкие победы морально убили Еремко, и словно набухающее от газов пузо лошадиного трупа, быстро росло его эго.
— …и мне похуям, где ты это всё достанешь, ты понял? — закончил кентавр свой словопад.
— Или что?
— Или что?! Да я на хер тебя пошлю!
— Да? И куда ты пойдёшь, мне интересно?
— Куда угодно! Встану посреди трассы и сниму эту башку поролоновую! На одних ток-шоу так наварюсь, что тебе и не снилось!
— А, ну иди, снимай. Ты на московском ипподроме, челоконь, тут тебе не Башкирия! Здесь всем насрать, как ты выглядишь! Одни селфят свои цветочные шляпки, а для других ты — всего лишь цифра в ****ом ставочном талоне!! Им всё равно, человеческая у тебя голова или китовый хер, завёрнутый на шее как мамин шарф! Так что туши сигару, завязывай с бухлом и настраивайся на забег, пока я буду валяться в ногах у Димана! Понял меня, ***ло непарнокопытное?!
Кентавр подошёл к нему вплотную и медленно опустил голову, шумно выдув ноздрями букет из ненависти и пивного амбре:
— Иди. На. ***. С тобой или без тебя, я выиграю этот Кубок даже в говно. Потому что я — лучший. Я — уникален. А ты — нет. ЧЕЛОВЕК.