— Ты пьян! — защищаясь, крикнула Вероника. — Если бы все это было правдой, почему духи ждали девять лет? Почему их кара не настигла нас сразу же?
Гриф хрипло рассмеялся:
— Истинно сказано: зачем нужна лампа, если она находится в руке слепца? А как же землетрясение, стершее с лица земли село Усть-Кора?
Вероника мучительно застонала — действительно два года назад в Горном Алтае произошло землятресение, в результате которого была полностью уничтожена одна из деревень. Это случилось глубокой ночью, и мало кому из жителей села удалось спастись.
— А падёж скота по всему краю? — продолжал Гриф, и его слова словно тяжелый металлические шарики рассыпались у нее в голове, причиняя боль.
— Падёж скота? — автоматически переспросила Вероника.
— Ты конечно ничего не знаешь, — ядовито заметил Гриф. — А если знаешь, то не веришь. Как и Алекс. Я ведь говорил ему, просил вернуть останки скифа на место, но он все хотел прославиться. Всю жизнь только об одном и мечтал! Что же, теперь Алекс может быть доволен: он стал известным покойником! Но вот только я не хочу подыхать из-за чьего-то непомерного честолюбия!
Вероника швырнула на рычаг трубку, и в квартире сразу стало невыразимо тихо. Вот так. Пусть все замолчат. Пусть весь мир замолчит, и она останется один на один с «Керошем»...
Скрючившись, словно старушка, она вернулась в комнату, добралась до стола и тяжело опустилась в кресло. Листы на арабском и русском лежали рядом, и Веронике стало казаться, что строчки перемешиваются между собой, словно воды двух рек, образуя нечто новое.
Она провела ладонью по глазам, и видение исчезло. Скоро, уже очень скоро она закончит перевод. И тогда...
Одному богу известно, что будет тогда. И будет ли вообще что-нибудь.
Глава 7
Часть 2.
Ира
Хлопнула входная дверь, и по дому разлетелся звонкий голос Алиски:
— Это я! Ир, ты дома?
— Угу, — промычала та. Она сидела в комнате на диване, поставив перед собой ноутбук.
Из коридора раздалось шуршание одежды.
— А почему табаком пахнет? — недовольно спросила доча. — Опять курила?
Ира поморщилась: «Вот же блин! Специально проветрила, а она все равно унюхала!»
Неделю назад Ира торжественно пообещала, что встретит двадцатипятилетие некурящей. Пообещала, да забыла, а вот Алиса восприняла клятву со всей серьезностью и теперь ревностно следила за тем, чтобы Ира снова не начала курить.
Обежав подозрительным взглядом комнату и убедившись, что ничего не напоминает о недавнем нарушении клятвы, Ира прошамкала, подражая голосу бабы Яги:
— Это ты по Руси-матушке полетала, русского духа надышалась, вот тебе и мерещится.
Алиска рассмеялась:
— Ой, Ирка, ты вечно — как сказанешь!
Раздались приближающиеся шаги, и дочь зашла в комнату. Сейчас она уже мало напоминала ту маленькую худенькую девочку с огромными синими глазищами и черными косичками, какой Ира впервые ее увидела.
Это произошло летом. Роман Иры с отцом Алисы только завязывался, и она мучилась вопросом, действительно ли что-то для него значит или является всего лишь средством разнообразить скучный вечер. Конечно, хотелось думать, что значит, но... Слишком уж много ступенек социальной лестницы их разделяло, а Ира не верила в сказку про Золушку.
И вот однажды они договорились встретиться в парке. Стояла ужасная жара, от которой не спасали ни тень деревьев, ни сливочный пломбир. Ира с завистью поглядывала на плещущихся в фонтане детишек. Сильнее всего на свете ей хотелось стянуть душное узкое платье и тоже сигануть в фонтан. И пусть даже намокнут и потеряют вид тщательно уложенные огненно-рыжие локоны. Но нельзя — сегодня она решила быть гламурной дивой. Значит, будем стоически жариться в красном мини, босоножках на высоких шпильках и в огромных солнцезащитных очках.
Ира специально за неделю до встречи накупила гламурных журналов — читать которые до этого не стала бы даже под угрозой десяти египетских казней — и тщательно их проштудировала, изучая, как одеваются подруги состоятельных мужчин. После чего составила стереотипный портрет гламурной дивы и сделала все возможное, чтобы ему соответствовать.
Что поделать — мужчины любят глазами (об этом кстати писали едва ли не в каждом журнале), а Ире очень хотелось, чтобы Вадим ее полюбил. Ну просто очень хотелось!
И дело было совсем не в его деньгах.Скорее наоборот — их разница в социальном положении Ире мешала. Ей казалось, что все (и Вадим в том числе) думают, будто она с ним только поэтому. Неправда! Ире был важен сам Вадим. Он являлся для нее загадкой, увлекательной шарадой, которую она не уставала разгадывать. В тот момент, когда Ира считала, что смогла понять его, он вдруг делал или говорил нечто такое, что ставило ее в тупик. Это заводило лучше всякого алкоголя, и сильнее всего на свете Ира боялась наскучить Вадиму.