Поставив стакан с водой на край стола, она склонилась над Кругловой и ласково погладила ее по плечу.
— Вероника Викторовна, поедемте ко мне.
Та вздрогнула всем телом и перевела на нее испуганный взгляд.
— Вставайте. Вот так, осторожно, — Ира помогла ей подняться. Круглова не сопротивлялась, полностью покорившись ее воле, будто маленькая девочка.
Взяв с пола деньги, что выронила Вероника, Ира попыталась сложить их ей в сумку, но это оказалось непросто. Почти всю сумку занимала толстая папка с бумагами. Тогда Ира сунула пачку банкнот в свой рюкзак.
Ну вот, теперь можно уходить.
Повесив на одно плечо сумку Кругловой, на другое рюкзак, она за руку вывела Веронику из квартиры. Прежде чем закрыть дверь, обежала взглядом прихожую. Иру не покидало тягостное и угнетающее чувство. Будто кто-то невидимый гнал ее из квартиры, приговаривая: «Давай-давай, пошла отсюда. Тебе здесь не место».
И правда — как только вышла на площадку, даже дышать легче стало.
«Витц» стоял припаркованным возле подъезда. Крепко взяв Веронику под руку, Ира повела ее по дорожке. Неожиданно, в тот самый момент, когда они подходили к машине, возле передней дверцы образовался старик. Сухонький, маленький и весь бородищей заросший, как домовой. Ира даже не думала, что в городе еще осталась такая древняя древность. Стоит себе, на клюку опирается и поглядывает исподлобья, как они приближаются. Будто специально поджидает, чтобы сказать какую-нибудь гадость вроде: «Что это вы машину в нашем дворе поставили? Воздух поганите».
Интересно, как ему вообще удалось к «витцу» незамеченным подобраться? Когда из подъезда выходили, вроде никого не было, а тут как из-под земли вырос. Может, его раньше из-за машины видно не было?
— Здрасьте, — кивнула ему Ира.
Старик по-прежнему стоял возле двери, будто ехать с ними собрался. На приветствие ничего не ответил, только пробуравил Иру свирепым взглядом.
«Чеканутый какой-то, прости господи,» — подумала она.
Однако надо было с ним что-то делать: стоит ведь так близко, что и дверь не открыть.
— Отойдите, пожалуйста, — обратилась к нему Ира. — Вы нам мешаете.
Старик ничего не ответил, только глазами из-под нависших бровей зыркнул, и ей вдруг показалось, что глаза у него сплошь черные. То есть вовсе без белков. Ире даже не по себе стало.
Между тем старик отвернулся и, опираясь на клюку, пошел прочь. Ощущая, как вниз по спине пробежала струйка холодного пота, Ира торопливо открыла дверцу и затолкала Круглову внутрь. Та по-прежнему была не в себе, вцепилась Ире в руку так, будто потеряться боялась. На старика даже внимания не обратила.
Захлопнув за ней дверцу, Ира невольно поискала глазами старика.
Двор был пуст.
Что за ерунда? До ближайшего подъезда метров двадцать, а до угла дома и того больше. Дедуля просто физически не смог бы так быстро преодолеть эти расстояния. На какой-то миг она представила, как старик, стоило ей отвернуться, поднял над головой клюку и огромными прыжками помчался прочь. Ира нервно хохотнула. Тем не менее, факт оставался фактом — дед исчез.
Суеверно дотронувшись рукой до висящего на груди крестика, она обошла машину, села за руль и, подгоняемая безотчетным страхом, нажала на газ. Взревев, «витц» рванул с места. Проскочив двор, вылетел на проспект. Старика и здесь не было видно.
Ира включила радио. Пощелкав кнопками, нашла волну, где играла попса, и врубила ее на всю катушку. Так, что даже уши заломило. Обычно она такую дребедень не слушала, но сейчас хотелось, чтобы развеселая музыка вышибла из памяти неприятное воспоминание.
«Какие у него были глаза, — подумала она. — Сплошь черные. Ни разу с таким не встречалась и даже не слышала, что бывает... Ну разве что в фильмах про всяких нелюдей».
"Серые глаза, а-а-а серые глаза«,- заверещала по радио певица.
Блин, и тут про глаза! Ира переключилась на волну, где играло зажигательное латино. Да, вот это то, что надо. Бодренько и весело.
Вероника начала выходить из прострации. Потерла виски и, показав на радио, что-то сказала. За ревом музыки не слышно что. Наверняка просит сделать потише.
Ира уменьшила громкость.
— Куда мы едем? — спросила Круглова, взглянув в окно. Они как раз проезжали Площадь Ленина. По-мраморному подножию памятника вождю пролетариата прыгали скейтеры.
— Ко мне, — ответила Ира. — Я подумала, для вас будет лучше побыть пока не у себя дома.
— А... — пробормотала Круглова. — Я плохо помню, что произошло в квартире. Я... теряла сознание?
— Нет. Просто у вас был сильный шок, — ответила Ира.
— Шок? Да, возможно... — она вновь потерла виски.
Они остановились на светофоре. Воспользовавшись этим, Ира достала пачку «Лаки страйка» и закурила. Кивком предложила Кругловой, но та отрицательно покачала головой.