— И вы, увидев меня один раз до сих пор помните?
Вероника бросила на нее хмурый взгляд, в котором ясно читалось: «Я понимаю, что вы считаете меня сумасшедшей, но это не так».
— Такое не забудешь, — сухо ответила она. — То видение до сих пор тоит у меня перед глазами.
— Ну хорошо. Какого возраста я там была?
— В том-то и дело, что вы выглядели именно так, как сейчас.
«Бред какой-то», — сказала сама себе Ира, но былой уверенности не было даже у внутреннего голоса.
— И чем все закончилось-то? Убежала я с алтаря? — спросила нарочито бодро.
— Нет. Все исчезло.
В этот момент у Вероники зазвонил сотовый. Она достала сотовый из сумки.
Динамик был такой сильный, что Ира отчетливо услышала мужской голос, сказавший:
— Здравствуйте, Вероника Викторовна. Меня зовут Виталий Иванович. Я следователь из Следственного комитета Октябрьского района. Веду дело об убийстве Ярового Александра Васильевича, и хотел бы задать вам несколько вопросов. Вы можете подъехать завтра в прокуратуру?
— А... откуда у вас номер моего телефона? — растерянно спросила Круглова.
— Дали родственники Ярового. Так что? Скажем часиков в одиннадцать.
— Я... — она тряхнула головой. — Хорошо, я подъеду, хотя вряд ли смогу чем-то помочь. Мы с Александром уже много лет совсем не общались.
— И все же, я вас жду.
— Ладно. А по какому адресу подъезжать?
— Улица...
— Ради бога, подождите, я поищу, чем записать, — она повернулась к Ире: — Извините, у вас случайно нет листочка и ручки?
— В бардачке должны быть карандаш и блокнот.
Достав то и другое, Круглова записала адрес. До Иры донеслись слова следователя:
— Что же, подходите завтра к одиннадцати.
На том разговор закончился.
— Не понимаю, зачем нужно меня вызывать? — недоуменно произнесла Вероника, вырвав листок из блокнота и убрав его в карман плаща. — Последний раз я видела Алекса в ЗАГСе. Мы даже ни разу не созванивались.
— Наверняка это простая формальность, — успокоила ее Ира. — Идет следствие, опрашивают всех, кто каким-то образом был связан с убитым.
Начался дождь. Ира включила дворники.
— Да, наверное так и есть, — тихо согласилась Круглова.
Некоторое время они ехали молча. Только дворники ровно жужжали, смахивая струи воды с лобовика.
— А как вы собираетесь искать Козырева? — спросила Ира. — У него остались какие-нибудь родственники или друзья... Ну, кто-нибудь, через кого можно узнать, где же он сейчас обитает?
— Даже не знаю с чего начать, — растерянно начала Вероника и вдруг спросила: — А зачем вы включили дворники?
— Как зачем? Дождь, видимость плохая.
— Дождь? — недоуменно переспросила Круглова. — Где?
Несколько секунд они глядели друг на друга, и Ира слышала, как стучат по крыше тяжелые капли.
— А разве вы его не...? — наконец, выдавила она. — Что же тогда вы видите?
— Солнце. Яркое сентябрьское солнце.
Ире стало страшно рядом с такой попутчицей. Духи, алтарь, проклятие. «
«Что ждать от нее в следующий момент? — подумала она. — Вдруг духи прикажут ей укокошить недобитую на алтаре меня?»
Нужно поскорее от нее избавиться. Черт с ним, с заданием Тетерева и призрачным карьерным ростом, которое оно сулило. От сумасшедших нужно держаться подальше.
Она оглядела одинаково-серые дома, ища повод высадить Круглову.
Внезапно впереди прямо перед машиной появился давешний старик с клюкой. Он стоял дороге и смотрел на Иру сквозь струи воды. И хотя она точно знала, что не может видеть его глаза на таком расстоянии, но все равно видела — жуткие, сплошь черные, и затягивающие в себя, словно космос. Ира нажала на тормоз и резко повернула руль вправо. В ту же секунду увидела, как прямо на машину стремительно надвигается бетонный столб. Визг тормозов, звук удара. Ира ощутимо приложилась о руль. Подняв голову, она увидела, что капот вздыбился, закрыв обзор дороги.
Докатались.
Краем глаза Ира заметила движение слева и, повернув голову, увидела, что дверца со стороны Вероники открыта, и в машину заглядывает седовласый мужчина лет шестидесяти. Ну и шустрый мужик пошел: то старичок-спринтер, теперь этот, непонятно когда и как подобравшийся к машине. Ира хотела спросить, что ему нужно, как вдруг поняла, что не может произнести ни звука. Губы как будто склеились, когда же она попыталась поднять руку, оказалось, что и рука не двигается. Как будто ее что-то удерживает. Ира скосила глаза вниз — она как и прежде сидела на водительском кресле, пристегнутая ремнем безопасности, вот только тело как будто придавило сверху прессом. Переведя взгляд на Круглову, она увидела, что та сидит, уронив голову на грудь. Сплетенные в косу волосы рассыпались и закрывали лицо.