— Где он? — она судорожно вцепилась в руку Иры, оглядываясь по сторонам с таким ужасом, будто ожидала нашествия демонических дедушек.
— Не знаю, — Ира тоже невольно огляделась. — Так вы знакомы? Кто он?
«Сейчас она скажет, что это ее покойный дедушка», — подумала она с мрачной ухмылкой.
Круглова посмотрела на нее, будто решаясь, а потом дрогнувшим голосом произнесла:
— Кроме основной работы в институте, я занимаюсь переводами. Три месяца назад мне принесли сказку, которую нужно было перевести с арабского на русский.
Ира невольно бросила взгляд на ее сумку. Не эта ли сказка лежит в папке?
— ...В нем рассказывается о мистическом городе Керош. Так вот старичок, которого вы видели, по описанию очень похож на одного из героев этой сказки.
Несколько секунд обе молчали. Потом Ира закурила.
Да-а... Увидеть старичка из сказки, которую даже не читала, это мощно. Покойные дедушки пристыженно кутаются в саваны и с позором возвращаются в склепы.
«Может, меня чем-нибудь окурили или опоили? — подумала она. Взгляд упал на сигареты. — Точно, я закурила, когда села в машину, а потом начались глюки с дождем... Блин, так и правда курить брошу!»
Неожиданно ее посетила догадка, что все происходящее — постановка. Вроде тех телешоу, когда в обман вовлечено все окружение «героя», поэтому ему кажется, что невероятные события происходят на самом деле. Он начинает жить в искусственных, придуманных на потеху публике условиях: страдает, мечется, борется с ветряными мельницами, даже не подозревая, что его снимает скрытая камера. Ира украдкой посмотрела на Круглову. Вот она, сидит как на иконе — сама чистота и искренность...
А что если правда все происходящее постановка? Ведь как оно начиналось? Тетерев сказал, что планируется цикл передач о русском языке и посоветовал обратиться за консультацией к Кругловой. Значит, все сходится — подговорили Круглову, наняли двух перцев из какого-нибудь театра и... «Камера! Мотор!»
«Однако, надо признать — играет Круглова очень хорошо. Наверное, по замыслу режиссера очень скоро я должна с головой погрузиться в мистический хаос, начать поливать все вокруг святой водой, рыть чеснок и обтесывать осиновые колья», — подумала Ира.
— Скажите, для чего вы носите с собой этот текст? — спросила она вслух.
Круглова бросила на нее быстрый взгляд, отрывисто ответила:
— Вы вряд ли меня поймете.
— Отчего же, — заметила Ира. — Я могу многое понять, если оно отвечает законам логики.
Вероника иронично улыбнулась:
— Тогда точно не поймете.
Ира вздохнула:
— Простите, Вероника Викторовна, но пока в вашем рассказе на самом деле слишком много невероятного.
— Думаете, я сумасшедшая? — спросила Круглова.
— Скорее, очень впечатлительная.
— Хорошо, — с вызовом кивнула Вероника. — Я расскажу вам. С недавнего времени я не могу не носить при себе рукопись. Не могу объяснить это логически, но испытываю физическое недомогание, если ее нет рядом, — она нервно усмехнулась: — Раньше я должна была ее переводить. Сейчас же меня обязали и носить ее при себе... Не знаю зачем.
— Кто обязал? Мужчина, что принес рукопись?
Круглова уставилась на нее непередаваемым словами взглядом.
— От...куда вы узнали, что это был мужчина? — выдавила она. — Я сказала, что мне принесли текст, но не уточнила кто.
— Да потому что он приходил сюда, пока вы были без сознания! — не выдержала Ира. — Просмотрел бумаги в вашей сумке и просил передать, чтобы вы закончили перевод до завтрашнего вечера. А вообще, Вероника Викторовна, мне надоел весь это спектакль! Вы пошутили, я посмеялась...
Но Круглова уже не слушала. Став даже не белой, а синеватой, она начала задыхаться, судорожно вцепившись в ворот своей водолазки, будто хотела ее порвать. Ира в испуге и растерянности смотрела на нее, не зная, что делать. В следующую минуту Круглова завалилась на бок и выпала из машины.
О Господи! Похоже, все происходящее никакая не постановка, и Круглова правда собирается отдать концы! Выглядела она ужасно: лицо еще сильнее посинело и покрылось испариной, глаза закатились.
Ира выскочила из машины и благим матом заорала:
— Сюда! Кто-нибудь! Человеку плохо!
Несколько проходивших мимо человек испуганно шарахнулись от нее в сторону, но одна парочка — парень с девушкой — приостановилась. И тот и другая были очень молоды, лет по двадцать, а то и меньше.
— Что случилось? — спросил молодой человек, приближаясь к машине. Тут он увидел выпавшую Круглову и, охнув, прибавил шагу. Вдвоем с Ирой они переложили Веронику на газон.
Рядом тоненько подвывала подружка паренька.
— Ну-ка отойдите, — раздался у Иры за спиной властный мужской голос. Она послушно отступила и оглянулась. Оказалось, что вокруг уже собралась толпа прохожих. Приказ же исходил от дородного мужчины лет сорока пяти.