— Молодец, — одобрил дядь Вася II. — Тебе надо много кушать. Большая женщина — красивая женщина.
— Скажите, а тот на улице, ваш родственник? — не удержалась от вопроса Ира.
Дядя Вася загадочно улыбнулся и ушёл на кухню. Вздохнув, Ира села за стол.
— И кофе пожалуйста! Покрепче, — крикнула она вслед хозяину.
Он ничего не ответил. Ира сняла кофту, достала из кармана пачку сигарет и хотела закурить, но перед глазами вдруг возник образ Раисы. Курить резко расхотелось. Даже странно: уж сколько она курящих в жизни перевидала — тьма, но никто не производил на нее такого впечатления. А тут прямо кодирование какое-то.
В вагончике было тихо. Интересно, как чувствует себя Вероника? Надо будет с утра позвонить в больницу...
Неожиданно на улице раздался топот ног, и в следующую минуту в вагончик ворвались несколько вооруженных мужчин. Один из них подбежал к Ире и столкнул ее с табуретки на пол.
— Лежать, сука! — рявкнул он.
Оглушенная, напуганная, она потянула руки к голове, желая накрыть ее, но тут же ощутила острую боль в правом боку.
— Лежи и не рыпайся! — приказал мужчина.
— Ищите на кухне! — раздался рядом другой голос. — Они должны быть где-то здесь.
Ира тихонько всхлипнула: бок жгло огнем. Она ничего не понимала. Что происходит? Кого они ищут? Обоих Василиев? И куда подевался Козырев?
Мимо ее лица протопали несколько пар грязных ботинок. Раздался звон посуды, по полу покатилось что-то металлическое, потом раздался короткий мужской вскрик и злая ругань. Ира увидела, как из кухни за ноги вытащили дядю Васю. Из груди у него торчал кухонный нож с черной ручкой. Самым страшным было то, что дядя Вася оказался жив. Он сдавленно стонал, кашлял кровью и царапал пальцами пол.
— Сам себе всадил сволочь, — сплюнул один из «ботиночных».
Он присел рядом с дядей Васей и вкрадчиво сказал:
— Говори, куда ушел Проводник? Где алыяр?
Дядя Вася молчал. Только при каждом его вздохе в груди что-то булькало.
— Все равно ведь подохнешь, — сказал «ботиночный». — Но я могу сделать это быстро, а могу вот так...
Ира зажмурилась. Раздался глухой удар и жалобный стон раненого.
Пару минут ничего не происходило, потом тот же голос произнес:
— Ну, как хочешь.
Глава 14
Вздрогнув, она вскинула глаза и увидела стоящего рядом светловолосого, коротко подстриженного мужчину лет тридцати пяти. На нем был элегантный костюм темно-синего цвета в мелкую полоску, поверх костюма накинут белый халат, на ногах бахилы. Чей-то гость.
«А от меня-то ему что нужно? И эти слова...»
— Мы знакомы? — спросила Ира, захлопнув альбом.
— Нет, — ответил он, в упор глядя на нее светло-серыми глазами.
— Тогда... К чему совет задавать вопросы живым? — она чувствовала себя неуютно под его взглядом и все ниже опускала голову, хотя понимала, что мужчина уже давно рассмотрел все ее бинты и шрамы.
— Если я не знаком с тобой, это не значит, что мне неизвестно о нем, — сказал незнакомец, кивнув на альбом.
— И... что же вы о нем знаете? — спросила она, прижимая альбом к груди, точно ребенка.
Мужчина открыл барсетку и достал оттуда бумажный прямоугольник с информацией о больнице. Такие лежали стопкой в регистратуре поликлинического отделения.
— Я Черс, — сказал мужчина. — Если захочешь о чем-то расспросить того, кто за всем этим стоит, звони. Только знай — я беру дорого.
Он всунул бумажку между ее забинтованными пальцами и направился к выходу.
— А... кто за этим стоит? — крикнула ему вслед Ира. Со всех сторон на нее зашикали больные.
— Сама знаешь, — бросил Черс, не оборачиваясь. И скрылся из вида.
Ира неловко повернула визитку лицевой стороной. Ни имени, ни адреса. Только нацарапанный карандашом номер мобильника.
Она открыла альбом и вложила листок между страницами.
Дни полетели за днями. Одна операция следовала за другой, подходили к концу деньги, вырученные за продажу "бэхи«1и драгоценностей, которые подарил Вадим. А врачи говорили, что нужны еще операции. Пластика — дело тонкое и дорогостоящее...
Потом она узнала, что бизнес Натана резко пошел в гору.
Он открыл новую контору в деловом центре, отгрохал супер-ремонт, заполонил город рекламой и стал заключать новые контракты.
Среди них был контракт со сталелитейным комбинатом.
Узнав об этом, Ира вспомнила случайно подслушанный разговор, точнее спор между Натаном и Вадимом. В том споре фигурировал этот самый комбинат. Натан настаивал на контракте, Вадим возражал...
Ира помнила, как при ее появлении мужчины резко замолчали, а потом, когда она попросила у жениха рассказать из-за чего был весь сыр-бор, он притянул ее к себе и, поцеловав в лоб, сказал: «Не лезь в это дело. Меньше знаешь, здоровее будешь».