— Наоборот? — она повернула к нему голову.
— Да. Чтобы ты знала, что в этом нет ничего особенного.
— Для кого как, — она бросила на него косой взгляд и спросила: — Все же, кто ты?
Козырев не ответил. Они прошли через двор к белеющей в темноте «ниве». На улице сильно посвежело. Ира зябко обхватила себя за плечи и с легкой завистью посмотрела на серую толстовку спутника. Перехватив ее взгляд, Козярев снял толстовку, без вопросов передал ей. Отказываться она посчитала ненужным жеманством. Ира руководствовалась по жизни принципом: дают — бери. Бьют — беги.
— Что еще ты можешь делать, кроме как взглядом парализовывать? — спросила она.
— Могу память отключать.
— Как люди в черном?
Он улыбнулся:
— Цвет одежды не имеет значения.
Они как раз подошли к машине, и Козырев открыл для Иры дверцу.
— Почему же Веронике не отключил? Мне кажется, ей так было бы легче, — сказала она, глядя на Козырева снизу вверх. Ира доставала ему до середины груди.
Кажется, он смутился.
— С Вероникой все сложно, — ответил он и, обойдя машину, сел за руль.
Ира тоже устроилась на сиденье, захлопнула дверь машины. Тронулись. Искоса глядя на Козырева, она гадала, кто же он такой. Сотрудник секретной организации? Или, может, посланник других миров?
— Где и как вы познакомились с Вероникой? — спросил Козырев, когда они выехали на ночную дорогу.
Она была пуста, лишь изредка мелькали поздние прохожие, да мигали желтым светофоры. Ира подумала, что вот также они ехали несколько часов назад с Гогой, и поначалу все было привычно и буднично, а потом начался ужас. К горлу вновь подкатил комок слез. Лишь ради того, чтобы переключиться, Ира рассказала Козыреву всю историю знакомства с Вероникой. Про то, как позвонила в институт, как затем встретилась с ней на кладбище; про разгром квартиры, несуществующий дождь и прочие странности. Козырев слушал внимательно, время от времени задавал вопросы, прося в деталях описать то или иное событие. Например, что именно делал дедушка возле машины или как выглядела квартира Кругловой. При этом он становился все мрачнее и мрачнее.
— Перед тем как Веронику Викторовну отвезли в больницу, она попросила найти тебя, — сказала Ира, заканчивая рассказ и, помолчав, добавила: — Вот я и нашла.
Он промолчал.
— Теперь твоя очередь, — сказала она.
— Давай сперва к Смотрящему заедем, а потом расскажу всё в подробностях.
— И где же он, твой смотрящий?
— Сейчас на рынке должен быть.
Ира покосилась на него с недоверием, уточнила:
— Это какая-то сложная метафора?
— Никаких метафор, обычный оптовый рынок.
— А что он там делает? — спросила она.
— Пироги жарит.
Ира посмотрела на него с еще большим недоверием. Все происходящее сильно напоминало фарс. Ей казалось, что смотрящий за духами должен сидеть на высоком холме в позе лотоса и созерцать невидимое обычному смертному.
— А что по-твоему должен делать смотрящий? — спросил, перехватив ее взгляд, Козырев. — Ему ведь нужно на что-то жить, семью кормить.
— Как-то это все приземленно, — заметила Ира. — Если он волшебник, зачем ему работать? Наколдовал себя кастрюлю супа и ешь-радуйся.
— С чего ты взяла, что он волшебник?
— А... разве нет?
— Нет. Он — смотрящий.
Разговор прервался.
Несмотря на то, что было еще четыре часа утра, жизнь на оптовке била ключом. Горящие фонари освещали ряды как днем, всюду сновали деловитые люди с огромными баулами, в воздухе стоял разноголосый гомон.
Ира с Козыревым шли по рядам, когда из одной платки прямо навстречу им вышла Раиса. Сейчас при свете стало видно, что ей уже основательно за сорок. Это была коренастая, сильно загорелая женщина с набрякшими под глазами мешками и рыхлым подбородком. Крашенные в темно-вишневый цвет волосы спутаны, и прическа напоминала воронье гнездо. Выглядела она ужасно — ухо опухло и имело темно-бардовый цвет. Ира невольно попятилась назад — опять грызться с Раисой не было сил и желания.
Однако женщина их уже увидела.
— Привет, Максимка! — крикнула она, широко улыбаясь желтыми от табака зубами.
Глядя на ее улыбку, Ира со всей полнотой осознала, что с курением надо таки завязывать.
— Привет, — улыбнулся Раисе Козырев.
— Видишь, какая я красивая? — она указала на ухо.
— Вижу, — сочувственно вздохнул Козырев. — Где это ты так?
Ира поперхнулась воздухом. Он что, издевается?
— Не поверишь — сама не помню! — со смехом сказала женщина. — Сегодня проснулась, а ухо, как у Чебурашки!
Ира изумленно выглянула из-за спины Козырева. Раиса перевела взгляд на Иру и дружелюбно улыбнулась: