Джен хихикает.
— Ну, он ведь красавчик, да?
— Ну… да. Даже если бы он не был ковбоем, всё равно привлекал бы внимание.
— Но он ковбой. Я, конечно, не так уж много о них знаю…
— Держу пари, у вас там на побережье с крупным рогатым скотом туговато, — усмехаюсь я.
— Вот именно. Но всё же, он живёт в другом мире. Не таком, как твои парни в Далласе. Мне кажется, те, с кем ты встречалась раньше, были мудаками просто потому, что они мудаки. А Кэш, возможно, таким не является. Может, он просто показался тебе таким. А в глубине души он хороший человек, который просто не знает, как справиться со всеми переменами в своей жизни.
Я смотрю на потолочный вентилятор, чувствуя, как снова сжимается горло.
— Может быть.
— Я бы дала ему шанс. Если в итоге окажется, что это была ошибка… ну, по крайней мере, у тебя будет история про горячих ковбоев для светских вечеринок.
Я смеюсь, чувствуя, как напряжение немного спадает.
— А ты как? УЗИ прошло хорошо?
— Отлично. Развивается по сроку. И я чувствую себя нормально. Бывают хорошие дни, бывают не очень. Жду второго триместра — все говорят, тогда снова начинаешь чувствовать себя собой.
— Я так за тебя рада.
В её голосе звучит искренняя радость.
— Спасибо. Мы тоже в предвкушении. Кстати, Эйбел передаёт привет.
— Передай и ему привет. — Я глубоко вдыхаю через нос. — А тебе вообще нравится там жить? В тихом месте? Ты не скучаешь по Уилмингтону?
Когда Джен вышла замуж за Эйбела, она переехала из небольшого города Уилмингтона в Болд-Хед-Айленд — а это, пожалуй, одно из самых уединённых мест, какие только можно найти. Всего пять квадратных километров, ни машин, ни шоссе, только лодки, гольф-кары и велосипеды. Странно думать, что ранчо Лаки больше этого острова в несколько раз.
— Иногда скучаю, — признаётся Джен. — Ты же знаешь, как я люблю шопинг. И мне не хватает того, что можно просто заглянуть в кафе или ресторан. Но Уилмингтон недалеко, так что, если хочется, я просто сажусь на паром и еду туда на день. Хотя, знаешь… в конце дня мне всегда хочется вернуться на остров. Это место как будто становится частью тебя. Ты начинаешь жаждать его.
— Думаю, ты просто жаждешь своего красавчика-мужа.
— И его тоже, да. — Она смеётся. — Хотя, возможно, дело не в самом месте, а в людях. Мне кажется, я чувствую связь с этим сообществом так, как никогда не чувствовала в Уилмингтоне. Переезд не сделал мою жизнь ни больше, ни меньше. Но он точно сделал её ярче.
Сердце начинает биться всё быстрее, как парковочные датчики в машине, когда слишком приближаешься к препятствию.
— Мне нравится эта мысль.
— Есть о чём подумать. Думаю, жизнь на ранчо похожа?
— Здесь постоянно кто-то есть. Всегда. И все друг друга знают. Мне кажется, они очень близки, но я, очевидно, чужая, так что…
— Они относятся к тебе как к чужой?
Я пожимаю плечами, вспоминая приглашение Пэтси в Рэттлер.
— Не всегда. Но, думаю, они просто не знают, как ко мне относиться.
— Ты сама определяешь своё место, Молли. Это твой выбор. Сейчас ты словно пробираешься в темноте. Ты никогда раньше с этим не сталкивалась. Попробуй всё на себе и посмотри, что подойдёт.
«Попробуй всё». Эти слова застревают у меня в голове, снова и снова прокручиваясь в мыслях.
— Мне это нравится.
— Отлично. А вдруг тебе даже удастся повеселиться с этим горячим ковбоем?
— Нет, спасибо.
Но звучит это не слишком убедительно.
Глава 13
Молли
КРАСНЫЕ ФЛАГИ
Запах несвежего пива и сигарет въелся в воздух.
Пол настолько липкий, что мои ботинки издают хрустящий звук при каждом шаге.
Единственный свет — неоновая реклама пива, хаотично развешанная по стенам. В дальнем конце зала сцена, где Салли, Пэтси и — о, надо же! — Зак, помощник Гуди, готовятся к выступлению Frisky Whiskey.
Другими словами, Рэттлер — идеальная забегаловка. Как только я переступаю порог, трое парней из братьев Риверс за спиной, усталость, засевшая в костях после долгого дня, куда-то улетучивается.
Я обожаю это место.
И оно мне знакомо. В голове всплывает неясное воспоминание. Я была на этом танцполе с мамой и папой, мы стояли в ряд прямо перед сценой.
— Эй, Уайатт? — окликаю я.
Он оборачивается:
— Что такое?
— Здесь учат линейным танцам?
— Вообще-то, да. — Он ухмыляется. — Каждую среду, днём и вечером.