Если до этого момента Тайр смотрел на мага с ненавистью, то теперь Кешка видел в глазах друга откровенный ужас, но сказать тот ничего не мог. А Кешка вдруг почувствовал, что воздух вокруг него становится горячим, и что ему трудно пошевелиться. И что шевелиться ему вовсе не хочется. Скорее бы все закончилось. И можно было бы отдохнуть. Он так устал…
- Тебе нужно просто передать мне вашу связь, - вкрадчиво заговорил маг, подходя ближе. Кешка медленно пятился от него до самого дерева, с трудом переставляя непослушные ноги, и остановился, прижавшись к шершавому стволу. Больше бежать было некуда. - Это не сложно. Просто повторишь за мной несколько слов, и все у тебя будет хорошо. И у лайгра. И даже у твоего собакообразного друга.
Маг стоял теперь совсем рядом, и Кешка смотрел в его серые, кажущиеся сейчас огромными, глаза, и не мог отвести взгляд. Все вокруг будто исчезало, подергивалось дымкой и становилось неважным и ненастоящим, а реальными были вот только эти глаза и мягкий голос, звучащий прямо в Кешкиной голове. Нужно просто его слушать, и тогда все действительно будет хорошо.
Где-то закричал Полосатый, и его вопль с трудом пробился через мягкий горячий кокон, окутывающий Кешку.
Почему Полосатый кричит? Все же будет в порядке?
Глаза мага вдруг на миг показались Кешке янтарными, и он моргнул, прогоняя наваждение. Полосатый? Его больше не будет рядом? Кешка замер на середине фразы - оказалось, что он уже что-то говорит - и глаза перед ним снова были серыми и очень злыми.
- Почти закончили же, - с досадой бросил маг. - Что ж, я не тороплюсь.
Маг шагнул еще ближе, и в этот момент Тайр прыгнул к Кешке, увлекая его за собой в дыру прохода. «Опять бежим», - только и успел подумать Кешка, падая в темную, кружащуюся бездну.
Глава 9. Решение.
Кешка с трудом приходил в себя, пытаясь принять более удобное положение. Болело, казалось, все. И щека, которой он приложился об гараж, вываливаясь из прохода, и голова, в которой будто все еще звучал голос мага, сопровождаемый ударами молотка по вискам - для доходчивости, и все тело, словно его долго пинали и валяли по земле. Руки и ноги шевелиться решительно не хотели, и мысли текли так же вяло.
- Тайр?
Друг повернулся, и Кешка увидел его полное тревоги лицо.
- Ты боишься, что он придет за нами сюда?
- Я боюсь, что мы не сможем пойти за ним туда. Мне кажется, что он закрывает проход, Кешка, - в голосе Тайра звучало отчаяние. - И я не знаю, что делать. Попытаться вернуться, пока ещё есть время? Убьет. Он же там. И теперь точно - убьет. А открыть проход я не сумею. И никто не может открыть проход по своему желанию, толпы магов пытались.
Весь ужас положения начал доходить и до Кешки. Тайр не сможет вернуться домой? И они никогда не увидят Полосатого?
- А ты уверен?..
- Я видел, как это происходит. И - все, - голос Тайра прозвучал совсем глухо. - Поздно. Закрыл.
Кешка смотрел на поникшие плечи друга и просто не знал, что сказать. Что тут можно было сказать? «Мне жаль»? Это очевидно и ничем не поможет.
Они сидели молча довольно долго. С улицы доносились голоса и шум машин, люди возвращались с работы, раздавался смех, какие-то мальчишки затеяли между гаражами игру в прятки. «Теперь можно не бояться, что они провалятся в проход», - горько подумал Кешка и предложил:
- Пошли домой. Ко мне домой. Вечер уже. А завтра придем снова и… что-нибудь придумаем.
Тайр посмотрел на Кешку, чуть помедлил и кивнул. Они пошли к Кешкиному дому, где у самого подъезда опять встретили тетю Нину, сообщившую, что Кешку уже давно разыскивают родители, расспрашивая всех во дворе. Уверив соседку, что ничего страшного с ним не происходило, и он просто гулял, Кешка попытался избавиться от назойливого внимания, а главное, спасти от него Тайра, на котором лица не было. Сегодня яркая внешность Тайра привлекла внимание тети Нины, и она вдруг опознала в нем мальчика из рекламы вишневого йогурта.
- Да не он это! - не выдержав, раздраженно сказал Кешка. Тетя Нина обиженно поджала губы и, похоже, ему не поверила.
Родители Кешку действительно потеряли, но удовлетворились объяснением: «Я был у Матвея» - и только потребовали впредь обязательно звонить. Против того, что «Матвей» заночует у них дома, они тоже не возражали.