- А ты знаешь, какие ходят о тебе слухи? - Спросила она.
- Люди всегда о чем-нибудь говорят. - Ответил Джон. - Давай, я помассирую тебе стопы.
Следующие несколько дней прошли спокойно. Если не считать ежедневного участия в советах, заседаниях, комитетах и приемах. И она даже поверила, что к этой жизни можно приспособиться.
Кэт уже начала постигать сложные правила подбора нарядов. Особенности столового этикета и поведение при встрече гостей разного ранга. Это что! Она даже немного поняла в тему, которую обсуждали на военном совете — а был и такой.
В общих чертах, суть обсуждаемого вопроса была в том, что Гортанк находился в состоянии войны. Война эта, впрочем, носила вялотекущий и скрытный характер. Стычки происходили на периферийных колониальных планетах и масштабами своими напоминали обмен тычками в деревенской драке. Опасность была в том, что в любой момент тлеющий очаг конфликта мог разгореться в любой точке, что потребовало бы намного больше сил от всех участвующих сторон. Другой причиной опасений служило то, что монолитность Империи Гортанк на самом деле была мифом. Не только колонии шатались, поддаваясь воздействию агитации врага, но даже и те, кто был обязан обеспечить военную силу — а именно древние дворянские семьи — обещали больше, чем исполняли на самом деле. На словах всё обстояло хорошо, но на деле было известно, что почти во всех случаях, когда их вмешательство действительно требовалось государству, происходило что-то, и мобилизация срывалась. Саботаж, волнения профсоюзов, срывы поставок, несчастные случаи на производстве, а иногда даже завуалированный шантаж.
Все это не было похоже не только на преуспевающее, но даже и на здоровое государственное тело. Кэт, однако, успокоила себя тем, что плохо знает примеры из Земной истории. Наверняка там были аналоги. И еще, Гвельд сказала правду — тут людей не выгоняли умирать на улицу.
Кстати, о Гвельд.
Неделю спустя, скучая на заседании комитета жен и матерей, Кэт получила записку, в которой та назначала встречу в Нижнем Зале сразу после заседания.
«Приходи немедленно, очень тебя прошу». - Писала Гвельд. Что могло заставить ее проявить отчаяние? Или это очередной ход в игре кого-то из основных политических фигур дня?
Гвельд с лицом Лукреции Панчиатики, словно сошедшая с картины, репродукцию которой Кэт когда-то мельком видела и вспомнила теперь, эта безмятежная и уверенная в себе Гвельд не могла бы о чем-то просить, да еще с нотками отчаяния.
Проходя по коридорам, Кэт лишь смутно отмечала вехи пути и навязчивую роскошь окружения. Парча, атлас, шелк... или их аналоги. Портреты предков, статуи рыцарей в доспехах. Все это слишком сильно походило на позднее европейское средневековье. А в голове звенело предупреждение: во всем тут были какие-то нестыковки. Разве Гвельд не собиралась улететь вчера в свою бессрочную ссылку? Если отложила, то почему не сообщила об этом официально, как положено по протоколу? Если это неофициальная дружеская встреча, то что ее испугало? Ибо тон, Кэт была уверена, говорил о страхе. И не та ли это ловушка, которую все они сообща готовили друг другу? Ладно, от смерти не набегаешься, решила Кэт, а Джек обещал быть поблизости, когда понадобится, вот будем надеяться, что он где-то есть. Ни его, ни кого-либо из его людей пока не было видно, но поднимать тревогу не хотелось.
Нижний зал находился на подвальном уровне, он редко использовался и был предназначен для совещаний в случае опасности с воздуха, а также для дней больших праздников, когда переполненные залы дворца не вмещали всех желающих встретиться, посовещаться и позаседать. Поэтому он был так же пестро раскрашен, как и парадные залы. Каменные плиты выложены красивым рисунком, многочисленные портьеры мягко окутывали стены и закрывали ложные окна, создавая уединенные ниши в стенах, мягко колеблясь и отбрасывая тени. Лампы в форме свечей тускло горели лишь в нескольких точках, почти не рассеивая полумрак, и едва позволяя ориентироваться в пространстве.
- Гвельд! Ты тут? - Спросила Кэт, переступив порог зала. - Разве ты не улетела вчера? Что за спешка. И да где же ты, Гвельд?
Тишина. Так она и думала, ошибка или западня. В обоих случаях убегать не умнее и не безопаснее, чем остаться. Тот, кто подстроил это, может ждать снаружи с той же вероятностью, что и быть внутри. Кэт настороженно огляделась и коснулась рукой складок накидки, проверяя оружие и посылая сигнал об опасности на передатчик диспетчера. Теперь всё зависело от внимания и искусства того, кто находился на том конце.