Я запускаю руку в волосы и присаживаюсь на пол. Я так расстроен, что хочется разбить тут все к чертям. Но, скорее всего, это будет стоить мне пули между глаз.
‒ Кэтч, я спрошу тебя еще раз, и мне нужен честный прямой ответ. ‒ Я поднимаю глаза и вижу, что Снитч наклонился на стуле, положив локти на колени. Он так пристально смотрит на меня, что я почти готов отвести взгляд.
‒ Макс Нора Брейди стоит всего этого дерьма?
После секундного замешательства я отвечаю на вопрос.
‒ Да, более чем я могу объяснить словами. Это достаточно прямо и честно для тебя? ‒ спрашиваю я, рыча.
Снитч выпрямляется.
‒ Я понял, парень, и отпущу тебя обратно к ней, потому что меньше всего ты хочешь оставлять ее наедине с Мариной. Я все прошу ее отстать от тебя, но она просто не хочет тебя отпускать.
‒ Ага, ну, мне кажется, что в этот раз я достучался до нее, ‒ произношу я, снова выпрямляясь.
Снитч тоже встает, затем обходит меня и идет к двери.
‒ Кэтч, парень, я бы на это не рассчитывал. Когда дело касается ее желаний, она становится безжалостной. И она отчаянно желает тебя.
Мы идем обратно по коридору в бар.
‒ Слушай, спасибо тебе за все, ‒ произношу я, приближаясь к двери.
‒ Однажды ты спас мою жизнь. Это меньшее, что я могу сделать для тебя, ‒ отвечает он, пожимая мне руку. ‒ Как всегда, я буду держать тебя в курсе. А теперь, без шуток, возвращайся в дом, пока Марина не запустила свои когти в Макс.
Я улыбаюсь, думая про Макс, которая без сомнений способна справиться с такой, как Марина. И про то, что, если дело до того дойдет, я с удовольствием понаблюдаю, как она надерет кое-кому задницу. Я задумался, живо представляя, как моя девушка занимается тем, что получается у нее лучше всего, но тут звонит мой телефон.
Сообщение от Снитча? Уже?
Номер неизвестен: «Сейдж, за нами следят».
Черт. Это Макс. Я быстро отправляю ей сообщение, чтобы узнать, где она. Узнав, что она в пяти кварталах, я чувствую, как мурашки страха пробегают по позвоночнику. Принимаю решение, что нужно встретиться с ней в общественном месте со множеством людей и как можно скорее. Отправляю еще одно быстрое сообщение, что мы встретимся на углу улиц Бурбон и Святого Петра.
И после я уже бегу.
****
Макс
‒ Он хочет, чтобы мы были в общественном месте, ‒ произносит Марина и тянет меня по пустой улице к звукам людей и музыки.
‒ Не могу поверить, что я позволила тебе уговорить себя выйти из дома. Не надо было вообще тебя слушать, глупая жопа с ушами, ‒ рычу я и бегу, чтобы поспеть за ней.
‒ Ой, да прекрати ты ныть, черт побери. Теперь у тебя есть охренительные туфли.
‒ Ну, пусть и так, но все будет бессмысленно, если я умру прежде, чем надену их. Я натягиваю дурацкую кепку Сейджа пониже на голову, пытаясь скрыть тот факт, что покрасилась. Я очень надеюсь, что ей просто показалось.
Мы снижаем темп на улице Святого Петра, приближаясь к Бурбон. Там больше людей, и мне становится немного спокойнее. Как только мы оказались на углу, чья-то рука хватает меня сзади и тащит в бар с громким джазом, в темный уголок. Сердце начинает бешено стучать. Я пытаюсь закричать, но рука закрывает мне рот. Она жесткая, мозолистая и пахнет чудесно знакомо.
Я прекращаю сопротивляться, и хватка чуть ослабевает. Теперь я могу повернуться и посмотреть на Сейджа, глядящего на меня. Он закрывает мне рот быстрым поцелуем. Проталкивает свой язык за мои зубы и быстро облизывает мой рот изнутри. Отодвинувшись, он прижимается лбом к моему и выдыхает.
‒ Черт побери, Макс, какого черта ты вышла из дома? ‒ Его рука в защитном жесте покоится у меня на талии.
‒ Марина уговорила меня. Она сказала, что мы пройдем всего квартал. Она соблазнила меня туфлями, ‒ говоря, я чувствую себя полной идиоткой. ‒ Я даже не поняла, как мы отошли на несколько кварталов, но заметила, что кто-то следит за мной. И это не из тех случаев, когда «ух ты, какая сексуальная». Я почувствовала укол тревоги.
Я так увлеклась Сейджем, что совсем забыла о Марине. Бросаю взгляд на улицу через плечо.
‒ Черт, Марина все еще там.
Я пытаюсь отодвинуться, но он лишь сильнее стискивает руки.
‒ Она справится. Поверь, она сможет позаботиться о себе. Я разберусь с ней, когда мы вернемся в дом, ‒ выдавливает он.
‒ Кэтч, она не виновата. Она лишь пыталась помочь, ‒ защищаю я ее.
Кэтч качает головой.
‒ Давай выбираться отсюда, ‒ он натягивает кепку мне пониже на лицо, потом снова целует. ‒ Крепко держись за руку и будь настороже. Если кто-то будет следить за тобой, когда мы выберемся на пустынные улицы, он может напасть.