— А сын? Ты с ним встречался?
— Ах, сын! Да, я виделся с ним. Он тоже был очень холоден со мной вначале. Но перед самым моим отъездом он все-таки проникся ко мне теплым чувством. Он нашел меня уже в порту и спросил… Хочешь знать, о чем он меня спросил? — Эндри улыбнулся и слегка наклонился к Кэти. — Он спросил, может ли он навестить меня, когда будет в Англии.
— О, Энди, я так рада! А он похож на тебя?
— Да, он очень похож на меня, только он красивее.
— Этого не может быть, — она погладила его по щеке, улыбаясь. — Красивее тебя не бывает. — Немного помолчав, она спросила: — Твой сын тебе понравился?
Эндри посмотрел в сторону, задумчиво теребя бороду.
— На этот вопрос нелегко ответить. Странно, что ты спросила меня об этом, потому что я сам задаю себе этот вопрос. Не знаю, нравится он мне или нет. То есть да, он очень симпатичный молодой человек, но я почему-то не испытываю к нему тех чувств, какие отец должен испытывать к сыну. Хоть он и походит на меня внешне, он показался мне абсолютно чужим человеком. Характером он пошел в родителей моей жены.
— Это вполне естественно, Энди. Внуки часто походят на дедушек и бабушек. Кстати, родители твоей жены еще живы?
— О, эти двое никогда не умрут! Только они уже не так счастливы, как прежде, — они потеряли большую часть своего капитала и горько сожалеют об этом. Мой тесть несколько лет назад вложил большие деньги в одно невыгодное предприятие в Швеции и никак не может себе этого простить. Даже на похоронах Кристин он продолжал жаловаться на судьбу и оплакивать потерянные деньги… Ладно, хватит об этом говорить. Все это уже позади, а я теперь свободен и вернулся к моей Кэти. — Он серьезно посмотрел на нее. — Ты понимаешь, что это значит?
Она смотрела на него молча, не решаясь заговорить. Он взял ее за плечи и слегка встряхнул.
— Ты понимаешь, что это значит? — повторил он.
Она не могла сказать: «Это значит, что мы можем пожениться», — потому что эти слова должны были исходить от него. Он взял ее руку и поочередно погладил каждый ее палец от основания до ногтя.
— Я заметил, что ты никогда не носила колец, — задумчиво проговорил он.
Ее глаза заволокло слезами, и черты лица, склоненного над ней, расплылись и стали неясными.
— Ты согласна стать моей женой, Кэти?
— О, Энди, любимый…
Она заплакала, уткнувшись лицом в его шею.
— Это всего лишь формальность, — сказал он, гладя ее по волосам. — Мы с тобой муж и жена уже четырнадцать лет, и нет такого закона, который мог бы сблизить нас еще больше. Но все же я рад, что наш союз теперь можно узаконить, потому что мое имя будет для тебя дополнительной защитой. А я всегда хотел быть твоим защитником во всем.
Неожиданное возвращение Эндри и радость по поводу того, что она станет его законной женой и получит право носить имя миссис Фрэнкель и перед лицом закона, заставили Кэти на некоторое время забыть о «деликатном деле», как называл мистер Хевитт историю, касающуюся ее дочери и молодого Розье. Весь вечер и весь следующий день, который был кануном Рождества, она пребывала в состоянии полнейшего счастья, ни на минуту не расставаясь с Эндри, и только под вечер была вынуждена вспомнить об этой неразрешенной проблеме.
Они с Эндри развешивали рождественские украшения в гостиной, когда в комнату поспешно вошла Бетти и, прикрыв за собой дверь, сказала возбужденным шепотом:
— К вам пришли две леди, мадам. Они сказали, что должны срочно переговорить с вами.
Кэти стояла под люстрой, протягивая Эндри, взобравшемуся на маленькую стремянку, несколько веток омелы. Услышав о двух гостьях, она невольно вздрогнула.
— Что это за леди, Бетти? Ты пригласила их войти?
— Нет, я их еще не впускала. Они сказали, что их обеих зовут мисс Чапмэн. Но они не молодые девушки, а пожилые дамы.
Бетти не заметила, как Кэти переменилась в лице, услышав фамилию Чапмэн. Она была слишком возбуждена появлением столь элегантных дам, которые, судя по их внешнему виду, принадлежали к самым высоким кругам общества, и рада тому, что у Кэти завелись знакомые среди аристократии. Пусть соседи, которые не хотят признавать ее хозяйку, видят, с какими людьми та общается.
Кэти бросила быстрый взгляд в сторону Эндри, и он, в отличие от Бетти, заметил ее волнение. Он слез со стремянки и подошел к ней, но, вместо того чтобы спросить у нее, в чем дело, обратился к Бетти.
— Проведи этих леди сюда, Бетти, — сказал он.
— Нет, нет, я… — Кэти нервно облизала губы. — Я хочу сказать, я лучше приму их в маленькой гостиной.