— Мы очень рады, что вы нашли время зайти, Дэниел. Мы были бы в обиде на вас, если б вы уехали не попрощавшись. — Кэтрин повернулась к нему спиной и направилась в сторону гостиной. — Кстати, у нас сегодня приятный сюрприз, — сказала она, оборачиваясь на ходу. — Только что вернулся Питер. Мы не ждали его раньше понедельника.
Она немного помедлила у двери гостиной. Прежде чем распахнуть ее, громко прокричала:
— Бриджит! К нам пришел Дэниел!
Входя в комнату вслед за Кэтрин, Дэниел смотрел на две фигуры, стоящие возле окна. Сейчас они стояли порознь и не касались друг друга, но он знал, что еще секунду назад они были сплетены в крепком объятии. Его внимательный взгляд задержался на мужчине, Дэниел старался дать беспристрастную оценку жениху Бриджит. У мужчины была довольно приятная наружность, но было сразу видно, что он намного старше Бриджит.
— Здравствуйте, Дэниел. — Бриджит сделала несколько шагов ему навстречу. — Я должна извиниться перед вами за сегодняшнее утро.
— О, не волнуйтесь, это неважно, — уверил ее он, улыбаясь.
Она дотронулась до локтя Питера, стоящего за ее спиной.
— Знакомьтесь, это Питер, — сказала она.
Мужчина тут же шагнул вперед и протянул руку Дэниелу.
— Очень рад с вами познакомиться. — Рукопожатие Питера было крепким и сердечным. — Бриджит как раз рассказывала мне о вас. Жаль, что меня не было здесь в эти дни, я бы с удовольствием показал вам город.
— В частности, палмеровский завод, — уточнил Дэниел с деланно-серьезным видом.
Питер громко расхохотался, запрокинув голову.
— Ах, Палмеры, Палмеры! Значит, она показывала вам то, что осталось от их завода? — Он обнял за талию Бриджит и притянул ее к себе. — Впрочем, я мог поспорить, что она водила вас туда, — ее часто тянет взглянуть на эти развалины. Но в наших краях и кроме развалин завода есть на что посмотреть. Мне действительно очень жаль, что меня не было с вами.
— Вы ведь останетесь на ленч, Дэниел? — вежливо осведомилась Кэтрин.
— Нет, Кэтрин. Благодарю вас, но я должен успеть на поезд, отходящий в половине второго из Ньюкасла.
— О, так значит, вам придется уходить в считанные минуты?
— Да, я только попрощаюсь с прабабушкой и сразу же поеду на вокзал.
— Я сам довезу вас до Ньюкасла, — вызвался Питер. — Вам не нужно брать такси.
— Благодарю вас, но я уже сказал таксисту, чтобы он заехал за мной сюда. — Дэниел посмотрел на свои наручные часы. — Он будет здесь ровно через двадцать минут.
— О, как жаль, как жаль! — воскликнула Кэтрин. — Ну что ж, Дэниел, раз у вас так мало времени, вам лучше сразу же подняться к тете Кэти, — добавила она.
— Да, вы правы, я сейчас же пойду к ней.
Он вежливо наклонил голову в сторону Кэтрин, потом кивнул поочередно Бриджит и Питеру. Питер широко улыбнулся ему.
— Очень жаль, что вы так спешите и у нас нет времени как следует познакомиться, — сказал он.
Бриджит не сказала ни слова. Она смотрела прямо на Дэниела, и ее лицо было очень серьезным. В течение нескольких секунд Дэниел молча смотрел на девушку, потом развернулся и быстрым шагом вышел из комнаты.
Кэтрин вышла вместе с ним и первой направилась вверх по лестнице. Войдя к Кэти, она громким голосом объявила:
— А вот и Дэниел, тетя Кэти! Но он зашел только на минутку. К сожалению, он сейчас же должен уезжать.
Кэти, сидящая среди подушек, посмотрела на Дэниела. Она сама не знала, рада ли она его приходу или, наоборот, огорчена. Ей было трудно разобраться в своих чувствах. С одной стороны, ей всегда было приятно видеть этого милого молодого человека, которому она искренне симпатизировала, несмотря на то, что внешне он был точной копией Бернарда, — но, с другой стороны, она не знала ни минуты покоя, пока он был в их доме. И сейчас она всей душой желала, чтобы он как можно скорее ушел отсюда и вообще уехал из города. Если бы не Бриджит, все, конечно, было бы иначе. Если бы не страх за девушку, она бы сейчас схватила руку правнука и сказала: «Возвращайся к нам поскорее, Дэниел. Мне будет очень тебя не хватать». Ведь этот молодой человек был ее прямым потомком, в его жилах текла ее кровь, и она не могла не испытывать к нему теплых родственных чувств. И ведь, если подумать, с ним ее связывали более тесные кровные узы, нежели с Кэтрин, или с Томом, или даже с Бриджит, которую она считала самой родной душой. Но Бриджит была всего лишь дочерью внучки ее брата и мужчины из другой страны, норвежца по национальности. А Дэниел был внуком ее дочери, ее единственной дочери, от которой ей пришлось отказаться и которая все эти годы постоянно присутствовала в ее мыслях. Она родила эту дочь от Бернарда Розье, и ее дочь вступила в брак с сыном Бернарда Розье, дедом этого молодого человека, — таким образом, Бернард Розье был, можно сказать, дважды его прадедом… Но это не меняло того факта, что она, Кэти, была его родной прабабушкой. И она глубоко осознавала свое родство с Дэниелом, но, тем не менее, сейчас она желала лишь одного, чтобы он поскорее ушел из их дома и больше никогда не возвращался. Странно, но при мысли, что он в самом деле может больше не вернуться, она вдруг ощутила острую боль, схожую с той болью, которую она испытывала, думая о Саре.