— А не отвлекают?
— Кого как. Меня нет. А то работа-машина-дом, дом-машина-работа. Мира не видим! В командировку выберешься — та же дребедень. Гостиница-машина-управление-машина-гостиница. Тут на прошлой неделе я в метро попал…
— Куда??
— В метро. Транспорт такой. Слышал?
— Да уж как-нибудь, не в деревне живу…
— Машину разбили, так я из дома на метро приехал. Лет пять в нем не был. То на своей машине, а как в этот стул сел, так на служебной…
— Ну, ты нахал…
— Нахал не нахал, а такова сервелат, как говорят французы. Сам знаешь — я без машины…
— Ладно, что в метро увидел?
— О-о! Это нечто! Женщины! Их много, и все красивые! С ума сойти.
— Не сошел?
— Не успел — машину починили.
Минут через десять Муха-Машенька положила на стол три аккуратные стопки документов. Вильнув задом, она шмыгнула в приемную.
— Между прочим, «черный пояс»! — загордился Пушкарный.
— С резинками?
— По карате! Деревня!..
То, что произошло в тот день, Мицкевич потом вспоминал с ощущением участия в голливудском триллере.
Отсутствие Катерины всерьез озадачило Василь Василича. Более того, даже версии о том, куда она могла деться, не было. Прокручивая назад пленку памяти, он пытался восстановить картину. Группа японцев втиснулась в лифт, прижав Катерину к зеркалу. Когда на пол ступил Мицкевич, динамик лифта исполнил матчиш, свидетельствующий о перегрузке. Японцы с удивлением уставились на высокого блондина — это еще кто такой? Он сделал шаг назад, и лифт облегченно затворил двери. Наддверное табло показало, как кабина поочередно остановилась на третьем, четвертом и пятом этажах. Катерина должна была выйти на четвертом.
Вторая кабина пришла секунд через тридцать. Еще минуту она загружалась и двигалась до четвертого этажа. Итого полторы минуты. До апартаментов, где остановилась Катерина, идти секунд пять-семь. Возможно, она ждала его у лифтов. Но куда она делась?
Вначале Мицкевич подумал, что Катерина спустилась за ним назад. Но, вернувшись в холл, он ее там не обнаружил. Подождав еще несколько минут, Василь Василич вновь поднялся к себе. Вспомнить, что он делал потом, ему было сложно. Совершал какие-то нервические движения: возвращался в холл, подходил к дверям апартаментов, звонил туда по телефону.
В конце концов он спустился вниз и, путая немецкие и английские фразы, попросил портье своим ключом вскрыть апартаменты. Портье с удивлением уставился на постояльца, но, видя растерянного русского человека, поднялся с ним наверх.
Постучав в дверь, портье вскрыл ее и осторожно пропустил Мицкевича вперед. Все комнаты были пусты.
Портье удивленно пожал плечами и взглядом показал, что надо покинуть номер.
Это продолжалось около двух часов; в голову Мицкевича лезли самые глупые мысли. Он не мог даже позвонить своим партнерам: знание немецкого было ниже предела. Телефона посольства под рукой не было. Ситуация казалась безвыходной. Как человек разумный и выдержанный, Мицкевич поначалу подавлял в себе панические настроения, но к двум часам ночи он находился уже в полнейшем отчаянии.
Возвращаясь, наверное, в десятый раз из холла, он скорее почувствовал, чем услышал, как в его комнате подал признаки жизни телефон.
Неизвестный голос с чуть уловимым акцентом начал без предисловий:
— Господин Мицкевич, не гоняйте порожняк и не делайте лишних движений.
— Кто вы? — буквально заорал он в трубку. — Кто вы?
— Уймитесь, сейчас уже поздно. Своим криком вы перебудите всех постояльцев… А это не входит в наши планы.
— Какие планы? — неожиданно севшим голосом спросил Мицкевич.
— Вот это лучше, — засмеялся собеседник. — Планы исключительно деловые.
— Где Екатерина Васильевна? — снова заорал Мицкевич.
— Где, где… Знаете, что рифмуется со словом «где»? Не орите, вам сказали, — схамил собеседник. — Пока она в порядке. Пока! Будете нормально себя вести, успеете на похороны Бориса.
У Мицкевича что-то опустилось внутри. Даже самые дикие прогнозы оказались цветами на зеленой траве.
— Итак, пока вы можете быть спокойным. Она в полном порядке. Дальше…
— Что вам надо? — Мицкевич собрал волю в кулак.
— Об этом позже. А тем временем несколько рекомендаций. Завтра вы сообщите своим компаньонам, что уважаемая Екатерина Васильевна уехала к своим знакомым, а потому вы вынуждены вести дальнейшую программу один.
— Каким знакомым?
— Ну, допустим… к сотруднице туристической компании Рут Вентцель. Вы знаете такую?
Осведомленность на том конце провода просто шокировала. О Рут Вентцель Катерина рассказывала вчера за обедом.