Катенька взглянула на свои часики. До отлета оставалось чуть больше сорока минут. Борис Семенович проследил за этим взглядом.
— Скоро, скоро, господа. — Он суетливо стал упаковывать в фольгу оставшиеся от трапезы продукты. — Скоро вы сядете в самолет и ту-у-у, — воспроизвел Энгельсгард гудок паровоза «Феликс Дзержинский». — Через два-три часа вас ждет солнечный Мюнхен, рестораны, магазины. — Он покосился на невозмутимого спутника Кати, что свидетельствовало об определенной степени подпития. В трезвом состоянии обозначать тайну связи шефа и прекрасной начальницы протокольного отдела — на самом деле, конечно, тайну Полишинеля — Борис Семенович не решился бы под угрозой расстрела.
Проводы утомили Энгельсгарда еще раньше. Когда до отлета оставались минуты, Борису Семеновичу стало невмоготу. Ужасно захотелось в туалет. Первый признак крайнего нервного возбуждения.
Словно услышав его мольбы, диспетчер зала объявил о посадке.
В самолете было прохладно. Сбросив шубку, Екатерина Васильевна зябко поежилась. В салоне первого класса, кроме нее со спутником, пока не было никого. За занавеской стюардессы звенели посудой, спеша еще до взлета ублажить состоятельных пассажиров. Войдя первыми, они с Василь Василичем удобно разместились в комфортных, не в пример экономическому классу, креслах. И только сейчас Катя почувствовала, как она устала. Устала от всего. От близких, от работы, хоть и интересной, но невероятно динамичной, требующей огромных душевных и физических затрат. Откинувшись в кресле и прикрыв глаза, она думала о своем спутнике, сделавшем ей такой королевский подарок. Несколько дней в Мюнхене ей представлялись сказкой. Катя много раз бывала в Германии: работая переводчицей, она вывозила в туры различные группы. По никогда еще она не выезжала туда сама по себе, без суетливой толпы туристов, шалеющих от магазинов и изобилия товаров.
Катя понимала, что благодаря именно Василию Васильевичу она перешла в новое состояние. Шеф относился к ней не как к сотруднику, а как к человеку, способному понять его, человеку, с которым можно и посоветоваться, и расслабиться, открыть душу. Кате было безразлично, что по этому поводу говорят за ее спиной. О том, что в фирме заглазно сплетничают, она, конечно, догадывалась. Но суровый нрав руководителя быстро отучил сотрудников обсуждать что-либо «вне программы». Три таких любителя стремительно лишились своих мест.
Василь Василич был и царь, и бог, и воинский начальник. Заведенный им железный порядок не мог быть нарушен никем, и никакие заслуги в прошлом не принимались в расчет. Немногословный и на первый взгляд угрюмый глава фирмы «Рецитал» смог менее чем за полгода создать мобильный рабочий коллектив, где каждый отвечал за себя и за всех вместе.
Большинство сотрудников в прошлом были сослуживцами шефа. Все они прошли серьезную школу военно-промышленного комплекса, а потому умели и работать, и думать, и, что было немаловажным, держать язык за зубами.
Екатерина заметила, что ни в ее присутствии, ни в присутствии других сотрудников особо откровенных разговоров о деятельности фирмы не велось. Не раз, заходя в кабинет шефа без предварительного звонка — эта привилегия была только для нее, хоть Катя ею и не злоупотребляла, — она замечала, что разговор моментально переходил на посторонние темы. Даже она, пользуясь немалым доверием шефа, не знала многого. Наверное, то же можно было сказать и о других сотрудниках. Каждый знал только тот объем информации, который был ему положен для решения его задач. Не больше и не меньше. Объем же информации определял сам шеф.
Для Кати было загадкой, почему единственным доверенным лицом Василь Василича — доверенным на все сто — был провожавший их Борис Энгельсгард. У нее Борис Семенович всегда вызывал некоторую настороженность, словно от него постоянно исходила неведомая опасность.
Со своим нынешним шефом Катя познакомилась во время туристической поездки, в которой Василь Василич был руководителем тургруппы, а Екатерина Савельева, как всегда, переводчицей. Эта работа требовала от них постоянного контакта, что первое время угнетало Катю. В поездках в Германию она всегда старалась держаться особняком, подальше от навязчивых туристов, озабоченных тем, как лучше потратить свою наличность.
В этой поездке случилось то, что впоследствии сблизило руководителя и переводчицу. В одном из городов неожиданно для всех — это было уже в конце поездки — исчез член тургруппы. По прошествии времени выяснилось, что он попросил политического убежища. Но тогда они были взволнованы и озабочены судьбой пропавшего парня из Саратова. Поиском пропавшего русского занялась полиция городка, но никаких концов так и не нашла. Екатерина видела, как переживает случившееся Василь Василич, хотя держался он спокойно и с достоинством. Да и вообще во время поездки он выгодно выделялся из толпы туристов. Женский глаз сразу разглядел в нем настоящего мужчину — сильного, умного, независимого.