Хотя, чего уж там, одной неприятностью больше, одной меньше!
Тхайн зарычал куда-то в кусты, и я выстрелила – шевеление прекратилось. Так и не глянув, кого я подстрелила, я побежала дальше. Тхайн вел меня вперед и даже с поврежденной лапой двигался изящнее, чем я. Вот и первый плюс положения – у меня появилось, наконец, животное-компаньон...
Эта мысль вызвала у меня смех. Тхайн оглянулся на меня и побрел дальше, аккуратно ступая на своих длинных сильных лапах. А я, все так же смеясь, догнала своего неожиданного союзника. Именно этот тхайн и пробудил мои эмпатические способности, а точнее, эмпата во мне пробудила его ненависть к капитану Нигаю.
Когда стемнело, мне пришлось остановиться, ведь я не обладала ни одним источником света, а ночное зрение у меня дрянное. Тхайн сначала ушел куда-то – я подумала, что он уже не вернется – но позже приковылял. В темноте его глаза светились.
— Мы с тобой в ужасном положении, — сказала я только потому, что мне срочно требовалось с кем-то поговорить, выговорить шок. — Нас ищут и найдут. Если тебя еще, может, пощадят как ценное животное, то на мне отыграются вволю. Этого не должно было со мной приключиться! Я прилетела на Гебуму за женихом! Я всего-то лишь хотела замуж! А теперь – все! Прощай и Дейриган, и нормальная жизнь! Ненавижу Гетена! Ненавижу Нигая! Ненавижу Локена!
Я поджала колени к животу и обхватила их руками; меня затрясло, и эмоции вышли наружу в плаче. Что же со мной будет? Что же я наделала? Даже мой Род не сможет меня защитить... А отец… я всхлипнула еще горше. Отец! Будто ему есть до меня дело!
О, Звезды, лучше бы я родилась слабой нищей землянкой, пусть бы я родилась некрасивой и нескладной, как Джуди, зато у меня был бы отец, который меня любит!
Я зажмурилась, глотая слезы. Вот почему меня так раздражает Джуди – у нее все есть! Она счастливая, чтобы ее рептилоиды съели, зараза! Пузатая счастливая зараза! А у меня кто? Нери? Ксана? Поймут ли они, почему я согласилась на предложение Гетена? Поймут ли они, зачем я пошла против Нигая?
Что-то влажное ткнулось мне в руку. Я открыла глаза и различила перед собой тело тхайна. Его вытянутая жуткая морда, на которой мне чудится улыбка, оказалась совсем рядом, а его жаркое, отнюдь не ароматное дыхание зашевелило мои распущенные волосы. Нос тхайна вновь ткнулся мне в руку, а потом пес уселся, расположив на лесной подстилке свое большое тело.
По крайней мере, есть одно живое существо, которое способно понять, как мне сейчас плохо.
— Назову тебя Улыбашкой, — проговорила я.
Проснувшись поутру, я поздравила себя с тем, что все еще жива и свободна, и еще с тем, что у меня появился защитник, хоть и с поврежденной лапой.
Тхайн спал, и у меня была возможность на него посмотреть. Здоровенный, с приметной мордой пес меньше всего напоминает именно пса. Скорее, это животное можно назвать устрашающим результатом экспериментов по скрещиванию машины для убийств и собаки…
Тхайн приоткрыл глаза с янтарными радужками, ощутив мой интерес, и зарычал.
Защищал он меня и пошел со мной только потому, что я поддерживала с ним эмпатическую связь. Я попыталась воззвать к нашей связи снова, но ничего не вышло – может, из-за волнения, а может, просто исчерпала вчера свои ресурсы. Тхайн же продолжал рычать, и я отчетливо слышала в этом рычании обещание смерти.
— Не ворчи. Не я тебя дрессировала и делала больно. Я противница насилия. Так что будь хорошей собачкой, — сказала я нарочито спокойно, хотя у меня от страха поджилки затряслись. Это ведь не мурнук, чей внутренний мир ограничивается простыми категориями – еда-сон-размножение, а животное со сложной психикой. — Что ты рычишь? Грозным хочешь показаться? Я и так вижу, какой ты грозный и суровый самец. У-у-ух, какой самец! Альфа! Первая кровь среди тхайнов!
Тхайн все рычал, но нападать не нападал. Я же, наконец, ощутила тепло в районе сердца; установилась эмпатическая связь. Пора за дело!
Тхайн должен уяснить, что я – член его стаи, та, кого он должен защищать, та, о ком должен заботиться. Я должна внушить ему это, чтобы в следующий раз, когда прервется наша связь, он по памяти воспринимал меня как свою. Я подошла к тхайну, понимая, что рискую погибнуть, и коснулась его головы между ушами.