Вторым шагом был контроль эфира. За весь период войны радиоконтрразведка не зафиксировала работы неизвестных ей станций или вообще каких-либо попыток выхода по радио как на Софию, так и на Болгарию в целом с территории Советского Союза. Ошибки здесь быть не могло, так как эффективность советской радиоконтрразведки в годы войны была подтверждена путем сверки ее данных о немецких агентурных радиостанциях и линиях связи с данными, полученными оперативным путем.
Эти два установленные факта позволяли сделать вывод о том, что «Клатт не мог получать свою информацию непосредственно из Советского Союза».
Оставалось, однако, еще несколько вопросов, в частности откуда все же поступала информация к Клатту, особенно те 8 процентов, которые оказались достоверными сообщениями, и кто был МАКС, если он вообще был? Ответу на эти вопросы посвящен 61-страничный «Меморандум по делу «КЛАТТ — МАКС», который фактически представляет собой подробный анализ показаний арестованных сотрудников Абвера и «бюро Клатта». На основе этого документа в июле 1947 года было подготовлено спецсообщение И.В. Сталину.
Авторы меморандума попытались прежде всего установить личность Клатта, чтобы понять, с кем им приходится иметь дело. Поскольку Клатт находился после войны под защитой американцев, все данные о нем основывались на показаниях его сотрудников, а также его второй (с 1928 г.) жены Герды Филиц. Было установлено, что настоящее имя Клатта — Рихард Каудер. Он родился в Вене в 1900 году в еврейской семье, но был крещен по католическому обряду и считал себя католиком. В 1928–1932 годах был агентом общества страхования жизни, затем управляющим имениями барона Тавоната. В 1938 году, после аншлюсса, опасаясь репрессий против евреев, эмигрировал из Австрии в Венгрию. В Венгрии его основными занятиями были мелкая спекуляция и торговля визами для евреев — эмигрантов из Австрии. В 1939 году был посажен в тюрьму «Шубхаус» в Будапеште за дачу взяток венгерским чиновникам.
До конца неясным для авторов меморандума остался вопрос о начале сотрудничества Клатта с немецкой разведкой. Начальник Абвер-Люфт генерал-лейтенант Пиккенброк показал, что летом 1941 года Клатт явился к руководителю Абверштелле-София и сказал, что имеет возможность поставлять разведывательную информацию, представляющую ценность для Германии, и в подтверждение своих слов показал несколько сообщений о ВВС Советской Армии. В то же время начальник отдела Абвер-3 генерал-лейтенант Бентивеньи утверждал, что Клатт был завербован в 1939 году в Будапеште референтом службы 3-Ф (контрразведка) Абверштелле-Вена Шмальшлегером и работал по выявлению курьерских связей польской разведки. В 1941 году переехал в Софию, где был передан На связь «КО-София».[12] Показания других свидетелей говорили о том, что Клатт был завербован в 1940 году в Вене подполковником Валь-Вельскирхом, который вызволил его из венской тюрьмы, где он отбывал наказание за валютные операции.
Временем прибытия Клатта в Софию можно считать приблизительно осень 1940 года. Это предположение основывается на том, что согласно официальной справке болгарской полиции ближайший сотрудник Клатта — Ланг прибыл в Софию 10 октября 1940 года. В Софии Каудер основал так называемое «бюро Клатта», которое его бывшие сотрудники именовали органом немецкой разведки, подчинявшимся непосредственно Абверштелле-Вена. «Существование «бюро Клатта» в Софии с точки зрения организации и структуры органов Абвера, — пишут авторы меморандума, — совершенно непонятно, почему и нельзя определить, являлось ли оно вообще органом германской разведки». Официальным органом Абвера в Софии была сначала «КО-София», преобразованная затем в Абверштелле-София, во главе с подполковником Отто Вагнером (псевдоним — доктор Делиус). «Клатт не только не подчинялся Делиусу и никак не был связан с ним по работе, но даже конспирировал ее от Делиуса, — говорится в меморандуме. — Они враждовали между собой и конкурировали. Делиус не оказывал Клатту никакой поддержки, не имел с ним ничего общего, старался скомпрометировать его и выжить из Софии. Клатт, в свою очередь, предупреждал своих сотрудников, чтобы они не общались с немцами, так как Делиус ведет наблюдение за ними».