Наметив себе такую цель, мы вместе с ЛИСТОМ стали искать способы и пути ее осуществления. В этой связи мы решили использовать хорошие отношения ЛИСТА еще по ЗАКОУЛКУ с одним из сыновей БОССА, о чем вам было известно. ЛИСТ, в частности, узнал, что БОСС был ярым вегетарианцем, и поэтому весьма положительно относился к молодым людям, также являющимся вегетарианцами. Через сына БОССА ЛИСТ также установил, что БОСС часто бывает в вегетарианском ресторане «Вега» около Лейстер-сквер.
После того как были выяснены дни и часы посещения БОССОМ этого ресторана, а ходил он туда обычно в сопровождении всей своей семьи, в т. ч. и сына, знакомого ЛИСТУ, мы поручили ЛИСТУ также стать «ярым вегетарианцем» и, по возможности, посещать ресторан в то же самое время, что и БОСС. ЛИСТ выполнил наше задание, и эта простая и несложная хитрость привела к тому, что БОСС в конце концов обратил внимание (ресторан «Вега» никогда не бывает переполнен) на «скромного молодого человека, являющегося, видимо, ревностным вегетарианцем». Случилось так, что однажды он обратил внимание своего сына на ЛИСТА, который сказал, что он ЛИСТА лично знает, и представил его старику. Таким образом, знакомство состоялось, и ЛИСТУ удалось понравиться БОССУ.
В беседах с сыном БОССА ЛИСТ несколько раз намекал на свое желание работать у его отца. В течение нескольких месяцев мы никаких конкретных результатов от этого не имели, а затем я уехал в отпуск. После моего возвращения из отпуска в конце 1940 года ЛИСТ рассказал мне, что наша комбинация полностью оправдала себя, так как под давлением парламента БОСС был вынужден освободить своего сына от исполнения обязанностей личного секретаря и отправить в армию. Сын рекомендовал на свое место ЛИСТА. БОСС обратился в казначейство с просьбой об откомандировании в его распоряжение ЛИСТА, что и было исполнено».
Вопрос о призыве Кернкросса в армию беспокоил Центр не напрасно. Еще в начале января 1942 года Горский сообщил, что его должны были призвать 15 января, но лорд Хэнки выхлопотал ему отсрочку до марта 1942 года. С уходом лорда Хэнки со своей должности Кернкроссу была предоставлена новая отсрочка — до 1 мая 1942 года с тем, чтобы он мог ввести в курс дела своего нового начальника. Направляя 7 мая 1942 года последнюю партию материалов Кернкросса со старого места работы, Горский писал, что, вероятнее всего, тот вскоре после призыва будет уволен из армии и переведен на работу в КУРОРТ, как именовалась в переписке НКВД дешифровальная служба СИС.
Основанием для такой надежды служила еще одна оперативная комбинация, которую Горский и Кернкросс заблаговременно осуществили в предвидении возможного призыва последнего в армию. Эта комбинация была сродни «вегетарианской», и Горский, скорее осторожный, чем суеверный человек, сообщил о ней в подробностях только после ее успешного завершения. Только 9 июня 1942 года он написал в Центр, что в процессе работы с источником, скрытым под псевдонимом ПОЛЬ и имевшим отношение к дешифровальной службе, были выяснены структура и кадровый состав КУРОРТА, в частности, тот факт, что подготовкой кадров и организацией этой службы в условиях военного времени руководит некий полковник Николс. «ЛИСТ на служебной основе завязал с Николсом знакомство, — продолжал Горский, — и путем оказания мелких услуг (ускоренное продвижение его дополнительной сметы, организация знакомства с БОССОМ) установил с ним хорошие отношения. За ленчем в клубе «Traveller’s» ЛИСТ пожаловался Николсу, что его скоро призовут в армию, где он не сможет использовать знание иностранных языков. Николс стал уговаривать его пойти работать в КУРОРТ. После получения повестки ЛИСТ сообщил об этом Николсу, пробыл в части только сутки и был откомандирован в распоряжение Военного министерства, которое условно его демобилизовало, забронировав за КУРОРТОМ. Формально ЛИСТ не является военнослужащим, а считается гражданским служащим военного учреждения».
Горский также сообщал, что школа КУРОРТА в Бедфорде, куда был направлен на спецобучение Кернкросс, готовит специалистов двух видов — гражданских для Форин Офиса и СИС и военных — для Военного министерства. Он полагал, что, поскольку Кернкросс русский язык знает слабо, его, скорее всего, будут готовить по немецкой линии. Подготовка могла длиться от 1 до 6 месяцев.