Мальчик замер с куском хлеба в руке:
— Чего я?
— Ты завтра воду носить будешь в баню! И чтоб без фокусов! Понял?
Петька кивнул:
— Понял…
Но внутри себя он снова ощутил раздражение, сегодня колодец уже заставил его понервничать своими странностями.
Когда ужин закончился, Марьяна начала убирать со стола вместе с дочерьми. Иван ушёл в сени покурить трубку перед сном. Григорий отправился во двор проверить скотину, а Петька уселся на лавку у печи и начал лениво ковырять ножиком кусок дерева, он пытался вырезать фигурку коня.
В доме постепенно становилось тихо. Лишь потрескивание дров в печи нарушало спокойствие вечера.
Марьяна взглянула на сына:
— Петька… Ты чего там сидишь? Иди спать уже!
Мальчик хотел было возразить, но увидел строгий взгляд матери и нехотя поднялся:
— Ладно-ладно… Иду я…
Он бросил ножик на лавку и поплёлся к своей лежанке у печи.
Глава 4: Первая ночь
Дом Соколовых погрузился в ночную тишину. После ужина все разошлись по своим местам. Иван и Марьяна легли на широкую кровать у дальней стены, Григорий устроился на лавке неподалёку, а девочки спали вместе на большой деревянной кровати в другом углу комнаты. Петька, как самый младший, обосновался на своей маленькой лежанке возле печи. Огонь в печи уже почти погас, оставив лишь слабое красноватое свечение, которое едва освещало комнату.
Сначала всё было спокойно. Лишь редкое потрескивание углей и тихое посапывание семьи нарушали ночное безмолвие. Петька быстро задремал, уставший после насыщенного дня. Но его сон оказался недолгим.
Петька проснулся внезапно. Ему показалось, что кто-то провёл пальцем по его пятке… Лёгкое, едва ощутимое прикосновение. Он дёрнул ногой и сел на кровати, глядя в темноту. Комната была тихой, лишь слабое дыхание родителей и брата с сестрами доносилось из разных углов. Мальчик огляделся вокруг, но ничего подозрительного не заметил.
— Наверное, приснилось… — пробормотал он себе под нос.
Он снова лёг и натянул одеяло до самого подбородка. Но стоило ему закрыть глаза, как он услышал шорох за печкой. Звук был тихим, но отчётливым, будто кто-то осторожно двигался по полу или перебирал что-то лапами.
— Васька… — подумал Петька, вспоминая их старого кота.
Но кота он не видел с самого вечера. Обычно Васька спал у печки или крутился возле стола в надежде найти объедки после ужина. Сегодня же он куда-то пропал. Мальчик прислушался и шорох повторился. На этот раз звук был чуть громче, будто что-то царапнуло по деревянному полу.
Петька натянул одеяло ещё выше, спрятавшись под него с головой. Он лежал неподвижно, стараясь не дышать слишком громко. Но чувство тревоги не отпускало его. Ему казалось, что в комнате кто-то есть. Чьё-то невидимое присутствие ощущалось так явно, что мальчику стало холодно от страха.
Вскоре к шороху добавились другие звуки, слабые постукивания по стене и скрип половиц. Петька замер под одеялом, боясь даже пошевелиться. Скрип шагов был медленным и осторожным, будто кто-то крался по комнате, к его лежанке, стараясь не разбудить остальных.
Мальчик попытался убедить себя, что это просто дом "дышит". Иван часто говорил детям, что старый дом иногда издаёт такие звуки из-за ветра или оседающих брёвен. Но сейчас не было ни ветра, ни других причин для такого шума.
Петька сжался в комок под одеялом и закрыл глаза, надеясь уснуть. Но страх оказался сильнее сна. Прошло несколько минут, может десять или двадцать, Петька не знал, время для него растянулось, но звуки не прекращались. Мальчик чувствовал себя так, будто за ним кто-то наблюдает.
— Может… посмотреть? — подумал он и тут же испугался этой мысли.
Но любопытство взяло верх над страхом. Петька медленно начал приподнимать край одеяла, чтобы выглянуть наружу. Он действовал осторожно, стараясь не издавать ни звука.
Когда он наконец решился выглянуть из-под одеяла… его взгляд встретился с парой глаз.
Эти глаза смотрели прямо на него из темноты, круглые, блестящие и пугающе близкие. Они словно светились в полумраке комнаты.
— А-а-а! — закричал Петька во весь голос и резко подскочил на кровати.
Крик разорвал ночную тишину. Иван первым поднялся со своей кровати:
— Чего там такое?! — громко спросил он хриплым голосом.
Марьяна тут же вскочила и бросилась к сыну:
— Петь! Что случилось? Ты чего кричишь?
Мальчик дрожал всем телом и не мог вымолвить ни слова. Он прижался к матери и заплакал от страха.