Баня осталась позади за считанные секунды. Петька мчался к дому так быстро, как только могли нести его ноги. Он ворвался внутрь с криками:
— Мама! Там чуд-дище! Там в б-бане чуди-дище!
Мама тут же подбежала к Петьке, который дрожал и заикался.
— Какое чудище? — спросила она, присаживаясь перед ним.
Петька показал рукой в сторону двери:
— Т-т-там… В б-бане…
Марьяна нахмурилась. Её день и так был полон забот, а тут ещё и младший сын с такими рассказами.
— Да что ж сегодня за день то такой, — пробормотала она. — Ну пойдём, покажешь мне своё чудище.
Но Петька замотал головой и отбежал подальше от двери.
— Я т-туда не п-пойду! — закричал он.
Марьяна видела, что сын действительно напуган. Его глаза были полны слёз, а голос дрожал.
Она повернулась к дочерям:
— Дуняша, побудь с Петькой. Настёна, пошли в баню сходим.
Настя посмотрела на мать с тревогой. Видя, как напуган младший брат, она не горела желанием идти в баню к "чудищу". Но отказать матери она не могла.
— Пойдём, матушка, — тихо сказала она.
Марьяна вышла из избы первой. Настя шла за ней, стараясь держаться ближе. Перед крыльцом Марьяна заметила коромысло, стоящее в углу. Она взяла его в руки, словно это могло стать оружием против неизвестного "чудища".
Они осторожно вошли в предбанник. Всё выглядело как обычно: стол стоял на своём месте, бочки были закрыты крышками. Никаких следов чего-то необычного не было видно.
Марьяна подошла к двери в парилку, она была открыта. Яркий дневной свет освещал часть помещения, но углы оставались в густой тени. Настя заглянула через плечо матери внутрь.
— Никого нет… — сказала Марьяна после короткой паузы.
Она шагнула внутрь и внимательно осмотрела всё помещение. На полу за печкой валялся деревянный черпак, тот самый, который Петька бросил в стену. Марьяна подняла его и оглядела ещё раз каждый угол.
— Ладно, Настён… Пошли в избу. Расспросим этого трусиху, что ему привиделось.
Настя облегчённо выдохнула и поспешила за матерью. Они закрыли дверь парилки и вернулись в дом.
Петька успокоился немного, но говорить нормально всё ещё не мог. Он заикался на каждом твёрдом звуке. Марьяна присела рядом с ним и мягко положила руку ему на плечо:
— Петь… Что тебя так напугало? Мы с Настёной сходили в баню, там никого нет.
Мальчик посмотрел на мать широко раскрытыми глазами:
— Я слышал к-какое-то хихик-кание… Т-там… В б-бане было оно… Ч-чёрное с зуб-бами…
Его голос сорвался на всхлипах, и он заплакал. Марьяна обняла сына и погладила его по голове:
— Ну-ну… Успокойся... Может тебе просто показалось?
Она хотела верить сыну, но последнее время он был каким-то странным, то заикается на пустом месте, то рассказывает о каких-то звуках или глазах в темноте. Возможно, это просто детские фантазии или последствия плохого сна?
Настя молча стояла рядом и смотрела на брата с тревогой. Она никогда не видела его таким испуганным раньше.
Марьяна задумалась над словами сына. Она вспомнила странное поведение кота Васьки утром и смерть козы Машки ночью. Всё это было слишком странным для обычного стечения обстоятельств. Но признавать это вслух она не хотела, ни перед детьми, ни перед собой.
"Может быть ему действительно что-то померещилось," — подумала она про себя. "Дети иногда выдумывают всякое."
Но где-то глубоко внутри неё начало зарождаться беспокойство...
Глава 8: Субботний вечер
Отец с Григорием вернулись домой раньше обычного. День был жарким, и работа на поле вымотала их обоих. Иван снял шапку, вытер пот со лба и шагнул в дом. Григорий следовал за ним, неся за плечом косы и вилы.
Когда они вошли, в доме царила странная тишина. Петька сидел за столом и молча ковырял свою деревянную фигурку. Марьяна сидела у окна, вышивая что-то на пяльцах. Девочки тихонько перешёптывались на кровати, бросая настороженные взгляды на младшего брата.
Иван оглядел всех своим тяжёлым взглядом и недовольно хмыкнул.
— А чего это у нас за сонное царство? — спросил он, снимая ремень и вешая его на крюк у двери.
Марьяна подняла голову и натянуто улыбнулась:
— Да так… Решили посидеть да позаниматься.
Иван нахмурился ещё сильнее. Его взгляд остановился на Петьке, который выглядел особенно подавленным.
— А этот чего оболтус дома сидит? Воду в баню натаскал? — кивнул он в сторону сына.
Марьяна отложила пяльцы, встала и подошла к мужу. Она тихо сказала:
— Иван… Пойдём на улицу, поговорить надо.