Я отталкивал ее, постоянно причинял боль, заставлял плакать, наговаривал всякой херни, получая от этого удовольствие, как дьявол. Я игнорировал слова остальных, что когда-нибудь пожалею об этом, что все обернется против меня, насмехался, когда говорили, что в итоге влюблюсь в нее. А теперь...
Впервые в жизни я столкнулся с чем-то, что не мог контролировать, с чем-то, что было сильнее меня. И это была чертова любовь. Та самая разрушительная, всепоглощающая любовь, от которой я так отчаянно бежал. Та самая, которую я высмеивал и презирал. Она настигла меня.
Потому что только человек, которого любишь, мог вызывать все эти эмоции.
Я влюбился, как мальчишка, потерял голову, как чертов подросток. И теперь расплачиваюсь за свою глупость, за свою самоуверенность, за свою чертову жестокость.
Ирония судьбы заключалась в том, что я, человек, который никогда не верил в любовь, стал ее жертвой. И эта любовь причиняла мне такую боль, какую я никогда не мог себе представить. Боль, которую не залечить ни алкоголем, ни драками, ни временными связями. Боль, которая разъедала душу, как кислота.
Не знаю, как и в какое время попал домой. На улице уже была тьма. Свет в доме выключен. Он и не был нужен. Свет луны, что сегодня сияла ярче, чем обычно, озарял весь дом сквозь окна. Была б моя воля и этот свет выключил бы.
Я вошел в дом, шатаясь, как пьяный. Руки все еще дрожали от ярости и боли, бинт на кулаке пропитался кровью окончательно, но я даже не подумал о нем.
Я застрял в своих мыслях, как в настоящем адском круге. Рухнул на диван, уставившись в потолок, где плясали тени от лунного света.
Я продолжал видеть перед собой одну и ту же картину - как она сидит с ним, как смеются, делят еду. Этот образ терзал меня, как призрак, что не оставляет в покое. Я закрыл глаза, но лишь ненадолго. Свет луны пробивался через занавески, будто напоминал о том, что я пытался игнорировать.
Вспоминал каждое мгновение, которое провел вместе с ней. Она была огнем в моем существе, освещала даже самые темные уголки моей души. Теперь же эта искра превратилась в пепел, сжигая меня заживо.
Самым страшным было не потерять ее, а осознать, что я сам, своими руками, отдал ее другому. Я сам разрушил то, что могло бы стать единственным прекрасным в моей жизни.
Почему это так жгло? Почему я не мог просто плюнуть и забыть?
Вспомнил, как все начиналось. Я ненавидел ее с первого взгляда - эту девчонку, которую навязали в мою жизнь, как наказание. Дразнил, унижал, наслаждаясь ее слезами, потому что это отвлекало от собственной боли. От отца, от клетки, от всего дерьма, что сделало меня таким. А она… она лечила раны, не только физические, но и те, что внутри одними только своими невинными, чистыми глазами. Когда ее пальцы касались кожи, мир на миг переставал быть адом. И я это игнорировал, топтал, потому что боялся. Боялся, что она увидит во мне не монстра, а просто сломанного парня.
В абсолютной тишине, прерываемой только тихим раздражающим тиканьем настенных часов, вдруг послышался звук открывающейся двери. А потом на пороге я увидел чей-то силуэт, который начал приближаться. Все ближе... и ближе.
Силуэт становился четче, и в лунном свете я узнал ее - Киана. Что это? Я ведь даже не пил, чтобы счесть это за галлюцинации. Или я уже насовсем с катушек слетел?
- Я...
Ее голос дрогнул и в этой тишине он прозвучал оглушительно громко. Я замер, не в силах пошевелиться, уставившись на нее, словно на привидение. Киана стояла в дверном проеме, освещенная лунным светом, который падал на ее силуэт, делая ее почти нереальной. Так это реальность или мое воображение в конце концов?
Она подошла ближе и встала прямо передо мной. Но даже тогда, отчетливо видя ее лицо, я не мог поверить в это. Она здесь. В такой-то час. Одна.
- Я... забыла свой телефон, - произнесла она, продолжая мучить меня своим голосом. А потом взглядом на мою руку. - Ты... Как ты снова ее...
Реальность...
Я не удержался. Резко притянул ее к себе, заставляя сесть на край дивана, прямо на мои колени.
Прижал к себе и впился в ее губы, грубо, жадно, как будто пытался выпить всю ее до капли.
Она попыталась отстраниться, но я лишь крепче сжал ее в объятиях. Мне нужен был этот вкус, это прикосновение. Нужна была она. Сейчас, здесь, рядом. Наплевать на все. На ее злость, на ее обиды. Просто нужна.
Ее губы начали отвечать и этого было достаточно, чтобы разжечь во мне огонь, который чуть не сжег дотла.
Глава 41