- У нас так не принято, госпожа.
- Нуу... тогда зовите меня по имени, когда мы будем одни.
- Хорошо, госпо… Эва, - произнесла она, улыбаясь, и мне впервые стало комфортно в этом доме.
Мы немного поболтали, но мои мысли постоянно возвращались к Джейсону и таинственной двери в кладовой. И как мне разузнать у нее про ту дверь?
- Приятно видеть, как вы едите, - произнесла она вдруг, нарушив тишину.
- Простите?
- За столом вы никогда не ели. Будто боялись чего-то. Тяжело было смотреть на вас.
- Вы за мной наблюдали?
- Конечно. Мне было жаль вас, и я искренне обрадовалась, когда вы, наконец, сказали, что проголодались.
- Значит, вы делали это искренне, - прошептала я скорее себе, чем ей. И тепло разлилось внутри от осознания, что вся эта забота была не из чувства долга, а от чистого сердца.
Я почти забыла это ощущение - быть нужной, чувствовать, что обо мне пекутся. Последний раз я испытывала нечто подобное рядом с Логаном.
Он умел вселять уверенность, никогда не давал почувствовать себя лишней, ненужной в этом жестоком мире. До тех пор, пока не разрушил меня полностью. Тогда-то я и познала истинное одиночество, вновь став ни для кого ненужной.
- А что кстати там? - спросила я, указав на кладовую. Надо перестать думать о нем.
- Там у нас хранятся все моющие средства. Я забыла уточнить, куда именно вам нужно было зайти, простите.
- Ничего. Я немного растерялась, когда увидела еще одну дверь там. Думала нужно было пройти туда.
- Аа, нет. Там вообще выход на улицу.
Вот оно. Выход.
- То есть как? - решила я докопаться, будто это мне вовсе не нужно. - Через кладовую?
- Ну это выход для нас по сути, - ответила она спокойно. Кажется, я не выдала себя. - Чтобы мы не передвигались через главный вход. Господин Эдвард так пожелал и выдал нам по одному ключу.
Ну что за люди? Они что короли, что только им разрешено входить и выходить через главный вход? В очередной раз убеждаюсь, что Эдвард - тот еще тип, помешанный на своем "я".
Теперь главный вопрос: где мне достать ключ? У Джейсона он был. Сделал дубликат?
Эта женщина мне понравилась, но не уверена, что она даст мне его. Слишком много я видела в жизни, чтобы вот так легко довериться кому-то.
Я благодарно улыбнулась Эмме, стараясь скрыть волнение, вызванное ее словами. Выход. Вот он - ключ к моей свободе, прямо под носом. Но как его заполучить? Просто попросить ее? Слишком рискованно. Вдруг она расскажет Эдварду? Тогда мне точно не сдобровать.
Набив желудок досыта, я поднялась обратно к себе и легла на кровать. В голове был полный бардак из-за бесконечных мыслей о побеге. Но страшнее всех была одна, которую я изо всех сил отгоняла. Однако она снова и снова возвращалась. И я буду самой настоящей идиоткой, если выберу этот вариант - попросить его у Джейсона. Да он меня живьем съест.
Однако другого выбора я пока не видела. Это же абсурд идти в логово хищника. Как вспомню, что он вытворял со мной, когда я вошла к нему, аж в дрожь бросает.
Я ворочалась в постели, не в силах уснуть. В голове навязчиво крутилась мысль о Джейсоне. Просить его о помощи было безумием, но других вариантов не оставалось.
Каждый раз, когда я вспоминала его взгляд, наполненный яростью и презрением, по телу пробегали мурашки. Он казался таким непредсказуемым, опасным. И все же, если я хотела выбраться из этого дома, мне нужно было переступить через свой страх. Иногда приходится чем-то жертвовать. Но блин боюсь жутко этого демона.
Может стоит переждать эти 3 дня? Да, будет трудно, возможно и свихнусь в этих четырех стенах. Но это лучше, чем идти к нему, да же?
С трудом заставив себя успокоиться, я решила отложить решение до утра. Утро вечера мудренее, как говорится. Главное сейчас - выспаться и на свежую голову обдумать все варианты. Может, за ночь в голову придет гениальная мысль, как добыть ключ, не прибегая к такому опасному методу.
Я легла спать и спустя время проснулась в холодном поту. Тело била дрожь, а в голове все еще звучал его голос. Опять кошмар. И опять Логан.
Странные ощущения... Во сне он проник в эту комнату, навис надо мной, коснувшись пальцами моего лица.
Я утонула в этих темных глазах, неотрывно и с каким-то блеском смотрящих прямо на меня. Сердце будто остановилось. Дыхание перехватило.
Я будто в камень превратилась. Лежала неподвижно, изучая до боли знакомое лицо: эти глаза... этот нос... эти губы...
Его пальцы скользнули по моей щеке, и я невольно зажмурилась. Это прикосновение было таким нежным, таким любящим, что на мгновение я забыла о страхе, забыла о том, какой он, о том, что пережила.
Затем, наклонившись ближе, прошептал одними губами: