Конечно, суммарное число оплачиваемых финалистов не было стабильным и зависело от текущего финансового благополучия ресурса и других факторов.
БЦК в ИОО ПНС, как и большинство госструктур были на полной или частичной самоокупаемости. На финансирование инфраструктуры БЦК-соцсети и ЕИПСС в стране был введен небольшой «цифровой налог». Он входил в помесячную оплату абонентов провайдеров Интернета (ЕИПСС) и операторов сотовой связи и составлял около 10% в тарифном плане, в зависимости от скорости и объема трафика (обычно около 1-2 доллара в месяц).
Всем миром решили, что оплата авторам контента должна производиться из рекламных и иных доходов. Причем, где больше посетителей, там и реклама дороже, а значит авторов можно больше поощрить. А вот платить авторам из госказны – «недемократично». Главный довод масс – «Я этого автора не читал и смотреть (слушать) его контент не собираюсь! Тогда, почему, опосредованно, через цифровой налог, я должен это оплачивать»!
Слайд
Качество контента оценивают пользователи и независимые эксперты БЦК, а считают автоматы, без накруток и «указаний сверху» и лучшим авторам высылают гонорар на его счет.
В этом и есть главная ценность цифрового мира – появились технологические возможности учитывать мнение каждого, но платить авторам из госказны – «недемократично»!
На оплату авторам и на финансирование инфраструктуры БЦК-соцсети, в стране был введен небольшой «1-2% цифровой налог», на провайдеров и сотовиков.
Основные доходы шли от юридических лиц, от иностранцев, от краудсорс-инвесторов, собственных разработок и бизнес-проектов, продаваемых в стране и за рубежом. Ресурсы БЦК были высоконагруженными и распределенными, их посещали десятки миллионов пользователей ежесуточно, а значит размещение платных курсов, тестов, рекламы, объявлений, ссылок и т.п. также приносило неплохой доход. Многие авторы еще имели доход от премиальных конкурсов.
При закачке контента автором или правоприемником заполнялся инфо-паспорт, включая «финчасть», где были прописаны все соавторы (+счета) и процентное распределение дохода.
Цифровой контент, в отличии от информации на материальных носителях –не убывает и не иссякает. Правовая защита авторства не должна копировать «материально-доцифровое» право.
Широко используя «пользователей-стукачей» по всему миру можно реализовать эффективную защиту авторского права, платя им процент от штрафов. Выявлению авторских претензий на цифровой контент можно поручить автоматам ИИ БЦК. Выставляя ежегодно миллионы авто-претензий плагиата, хотя бы для первой сотни государств, напрямую обращаясь в их правовые органы и библиотеки/ресурсы. Тем самым можно обогатить национальную БЦК на миллиарды долларов.
Доход давал и выпуск собственных блокчейновых мировых крипто токенов и множественные ICO, для нововведений и сервисов, позволяющие заинтересовать и привлечь миллионы иностранцев – микроинвесторов. Взамен на бесплатный доступ к разделам контента БЦК.
Преградой для разворовывания средств, поступающих на содержание библиотеки и оплату авторам, служили открытые публичные счетчики поступления денег и их расход. Они располагались на главной фин-странице БЦК – в этом и есть основы Информационно-открытого общества, в отличие от других формаций, закрытых от своих граждан. Открытость финансов дополняли финансовые страницы бухгалтерии БЦК, где были представлены, укрупненно, все приходы и расходы, а также сметы и исполнители.
Расчет содержания БЦК и оплат авторам должен производиться исходя из оптимального числа востребованных авторов лучшего контента, в номинациях. Для страны в 10 млн. граждан это поощрение 5-7 тысяч творцов ежемесячно, в размере, равной средней оплаты труда в стране ($5000). Конечно, за победившую статью, которая писалась несколько часов и за роман, авторские отчисления были разные. Плюс приходилось оплачивать первую сотню иностранных авторов самого востребованного контента.