Судьи и прокуроры отзываются лишь народным территориальным голосованием. Этим и обеспечивается независимость и эффективное разделение властных структур – исполнительной, законодательной, судебной и контролирующей. Причем структуры Потребнадзора, включая Эпиднадзор, Меднадзор (плюс нарко)и ЧСнадзор входили в Генпрокуратуру, для усиления эффективности и компактности всех надзоров.
Служба исполнения наказаний – приставы, трудовые поселения, ИТК/ИТЛ и тюрьмы была зависимой структурой и подчинялась исполнительной власти.
В Смарт-стране, за счет дистанционной «цифро-идентификации» существовала почти абсолютная раскрываемость тяжких преступлений, а мелкие нарушения имели долговременные штрафные последствия, по прогрессивной шкале. Действовали разнообразные аналитические и автоматические контролирующие системы, включая «ИИ-надзор». Они постоянно предупреждали о возможном противоправном поведении человека, через голосовые помощники и СМСки вашего персонального смартфона.
Тем самым, осуществлялось мягкое реальное автоматическое «предупредительно-превентивное правосудие». И лишь после двух предупреждений за сутки (месяц-год, в зависимости от типа нарушения) начислялся штраф и отправлялось сообщение-квитанция на ваш персональный смартфон. С весомым годовым прогрессом и снижением репутации личности, при частых нарушениях.
Штраф можно было оспорить в дистанционном он-лайн видео-суде или в обычном, контактно-человеческом. Но тогда и штрафные издержки значительно возрастали. Судебно-правовая система была высоко окупаемой госслужбой.
Слайд
Верховный судья и Генпрокурор и их ответственные сотрудники в городских структурах, д.б. всенародно избранные и независимые от элит и властей. Судьи и прокуроры выдвигаются только из членов партии НКВД
Судьи и обвинители должны быть анонимными (номерные,в балахонах и с голосовым искажением), для невозможности воздействия на них извне. Плюс, местные «номерные» авто-выборные присяжные поверенные.
Судьи и прокуроры отзываются лишь народным территориальным голосованием. Этим обеспечивается независимость и разделение властных структур – исполнительной, законодательной, судебной и контролирующей. Причем структуры Потребнадзора, включая Эпиднадзор, Меднадзор (плюс нарко)и ЧСнадзор входили в Генпрокуратуру, для усиления эффективности и компактности всех надзоров.
Никакого «финансово-правового издевательства» над потерпевшими. Только цепочка: «преступник – власть – пострадавший». Т.е. страховые и компенсационные затраты пострадавшим выплачивало государство, сразу и в полной сумме ущерба. В этом и есть одна из важнейших функций государства – отделить и защитить пострадавшего от преступника.
Прямое народное самоуправление граждан не церемонилось с преступниками, как большевики, с «социально близкими». Мешаешь нормально жить людям территории, совершаешь повторное насилие, получай скорый суд с присяжными и уголовное наказание, с конфискацией и последующим отселением. И «вечную минусовую память» в Реестре репутаций граждан страны.
Политические лидеры, выводившие народ на баррикады для силового захвата власти и иные противники смарт-голосований, осуждались как враги народа и иностранные агенты, а после всенародного голосования, выдворялись из страны.
Народные Дружинники охраны и контроля (ДОК) осуществляли, совместно с офицерами ОВД,контроль и вооруженное патрулирование улиц и общественных мест.
В стране был положен конец системе «правового издевательства» над потерпевшими. Стала работать цепочка: преступник – власть – пострадавший. Т.е. страховые и компенсационные затраты пострадавшим выплачивало государство, сразу и в полной сумме ущерба, а преступник постепенно погашал этот своеобразный «госкредит», имея дело с мощной госструктурой. Ведь именно в этом и есть одна из важнейших функций государства – отделить собою преступника от пострадавшего, чтобы не было никаких контактов, включая и финансовые.