- Вообще-то замышлялась девочка - Хиллари Томаси-на, поскольку Х-хромосома усиливает одаренность. Результат - доказательство того, как рискованно полагаться на волю случая. Первое имя решили оставить - наверное, думали, что со временем я изменю пол.
- Ты не доставил маме огорчений вроде рвоты беременных и анемии?
- От меня это тщательно скрыли. В домашних фильмах мама старалась выглядеть счастливой, хотя на вид ее будто вампир укусил. Свои роды я видел в записи - фантастическое зрелище. Я стал больше уважать маму, но долго не мог соотнести свое появление на свет с тем, что было на экране.
- И за это Доран выложил полмиллиона, - обронил Лотус, попивая кофе Кэннана. Самого Кэннана он вежливо попросил смотреть интервью в другой комнате. - Такие лекции врачи читают за пять арги в час.
- А зачем ты скупился их слушать? - уколола его Эрла. - Ума бы набрался и не думал, что женщина - спортивный снаряд. Тебя тоже родила женщина. Задумался бы, чего ей это стоило?..
- Подумаешь, подвиг. Одна физиология. Для этого даже мозгов иметь не надо. Творчество роднит нас с богами, размножение - со скотами!
- То-то вы так охотно этим занимаетесь, - невинным голосом пропела Эрла. - И хоть бы один согласился родить.
- Извращение естества, - тоном знатока отозвался Лотус. - Помнишь, как Большой Макс вынашивал в брюхе клона от любовника? Чуть печень не развалилась, еле спасли.
- Не дано вам, и незачем тужиться.
Хармон, подстрекаемый Дораном, понесся вспоминать детство: как он в пять лет сел за компьютер, как в десять сводил отчеты по финансам - ну, не ребенок, а врожденный программист!
- Поговаривают, - Доран гибко подался корпусом вперед, - что подросток Хиллари был шалуном и взлом неприступной MacroDyke Line в 234-м - дело его умелых рук...
- Это было честное пари с сетевой безопаской компании, - охотно согласился Хиллари. - Я выиграл, и мне заказали придумать защиту. Потом это мне пригодилось в "Нэт-гарде".
- Правда ли, что в универе ты хотел набить морду Ленар-ду Хорсту, ныне ученому на КонТуа, за то, что у него IQ выше твоего?
- Нет, это Ленард Хорст хотел набить морду мне, но вовремя одумался и занялся ридгелистикой, и это у него получилось.
По низу экрана шевелились три полоски - белая, рябая и черная - текущий рейтинг Хиллари, складывавшийся из сигналов с телевизионных приставокяголосования. - Ничего так мужик, - сдержанно одобрил его Мячик. Умеет работать.
Приставок у партизан не водилось - деньги они вкладывали в оружие, - но будь она, Темный нажал бы черную клавишу.
В том возрасте, когда Хиллари помогал фирмачам сводить баланс сверхприбылей, Темный дурел по первым, еще под- польным дискам Хлипа. Помнил он их и став городским хищ-ю ником. Эта память добавляла неприязни к Хармону. Кроме того, Хармон стоял за государство, за Систему, а Систему Темный ненавидел с того дня, как научился думать. И, наконец, как бы ни повернулось, Хиллари должен стать его противником в новой войне за овладение киберами. Противник не слабый, судя по всему.
- ...поэтому я приветствую пожелание подкомиссии, высказанное депутатом Маршаллом, о привлечении новых сил из тех, что не были востребованы обществом. Надо дать людям надежный шанс.
Белая полоска рейтинга тихонько сжалась, черная расширилась.
- Дело говорит, - кивнул Мячик. - Ишь, как буржуев-то скорчило. А ведь богатый; что это он так?
- А мало ли - может, депутатом в Балаган пройти хочет, - Темный был непримирим. - Вот и подпевает Маршаллу. Голосовать-то кто пойдет? Мы, манхло!
Доран забеспокоился; надо срочно поднять настроение публики.
- В студенческих кругах в конце тридцатых циркулировали слухи о том, что ты занимаешься кибер-любовью... правда ли это?
Хиллари ласково поглядел на Дорана. Вот проныра! Все-то он пронюхал...
- Да, был эпизод. Не родился еще тот мужчина, что поначалу не боялся женщин. Как и продажный секс, кибер-любовь привлекает воплощением любых фантазий и покорностью объекта. По существу это - проверка своих возможностей или любовь к себе, неуверенность или эгоизм. Настоящая любовь - взаимная; тот, кто хочет удовольствия лишь для себя, никогда не сможет сделать подругу счастливой. Кто это понял, для того кибер-девушки - пройденный этап.
- Кстати, о киберах; мы вовремя о них заговорили... Есть один вопрос, его хотят задать многие; я сделаю это за всех. файри. Есть ли Тринадцатый Диск в его памяти?
В Городе стало тихо.
- Следите за моими губами, - Хармон был подчеркнуто серьезен. - Мне это не-из-вест-но.
- Как же так?! Ты же читал его мозг!! Хил, сейчас нечего скрывать; Файри куплен и...
- Сектора отдаленной памяти специально не читались. Я лично это контролировал. Я готов присягнуть, пройти проверку "короной сэйсидов", или пусть в меня заглянет дипломированный телепат из вара. Я чист.
- Хил, ты старый хлипер. Неужели ты не хотел...
- Хотел. Но долг государственного служащего выше личных желаний. Наш девиз - "Порядок и ответственность".
Полоса симпатий заколебалась и стала увеличиваться. Централы росли, жили и старились в атмосфере лжи и жульничества, но любили честных парней. В них надо верить, иначе общество погибнет. Они - гарантия того, что не все так плохо в этом грязном мире.
- Значит, ты согласен на проверку? Прямо здесь и сейчас? Отлично. Я приглашаю в кадр... - Доран следил за лицом Хиллари: "Струсит? Заколеблется?.."; Хиллари не изменился. Про собакоголовых вара можно врать что угодно, но ни один их спец по телепатии не станет подрабатывать у чужих в телевизионном шоу. - ...гениального ребенка из театра Фанк Амара - Эрке Нари Донти! Этот малыш с начала передачи наблюдал за нашим гостем и скажет, можно ли ему верить! Те, кто видел его персональный номер "Младенец-телепат", знают, что малыш угадывает без промаха.
Где он прятался, этот глазастик?.. Донти осторожно пробрался к сидящим, оглянулся на камеры, приветственно раскрыл четырехпалые ладошки.
Импровизация Дорана был безошибочна - маленькие, будто игрушечные ньягончики даже у самого черствого централа вызывали трогательное желание взять на руки и приласкать детеныша. Тех иномирян, что и взрослые - ростом с детей, даже лютые националы не воспринимали как врагов цивилизации.
Ему поверят, что бы он ни ляпнул. А для ньягончика причина всех проблем в театре - Хиллари Р. Хармон со своим проектом. Это неправда - но самообман понятней сложной истины. Хармон схватил директора - и в театре начались большие неприятности. Почему бы не отомстить противному Хармону? Он ведь эйджи, чужой...
"Спокойно, - велел себе Хиллари. - Фиксируемся на синем рефлексе его глаз. И ни о чем не думаем".
- Донти, ты все слышал, - Доран медлил, растягивая ожидание. Сосредоточься и скажи нам - читал мистер Хармон память Файри или нет?
Малец с тонкими лапками не зря отирался в театре. Время на сцене и за кулисами он провел с пользой. Научился держать паузу.
"А если Доран заплатил ему? - мелко прыгали мысли. - Много ли надо иммигранту, чтобы оболгать кого угодно?.. Я говорил только правду, мне нечего бояться".
- Нет, - слово упало тяжелой каплей, и сжавшаяся душа Хиллари птицей взмыла к потолку. - Сия манисо на наоти кадерита - клянусь честью клана.
- Спасибо, Донти. Огромное тебе спасибо. Один ты мог нам помочь - и ты помог. Твоя честь тому порукой, - Доран в контакте с нерушимыми принципами ньягонцев сам заговорил на высокопарном клановом языке. - Если ты хочешь, скажи что-нибудь для всех.
Но Донти выбрал иное - уж очень редкий шанс ему выпал, чтобы говорить пустяки.
- Мотаси Хармон, - мгновение назад опасный, а сейчас смешной и забавный малыш каким-то необычным жестом сложил кончики пальцев, - вы, пожалуйста, не обижайте нашего директора. Мы можем надеяться на вашу доброту?
Опять этот стойкий, непреходящий мираж. Они там, в театре, знают, что их директор - киборг, машина. Все уже доказано. Он даже продан! Но получается, что никакие доказательства не впрок. Они боятся за него, переживают, помнят о нем - как о ЧЕЛОВЕКЕ.
Значит, Фанк в большей степени человек, чем машина? И главное - не в его природе, а в том, как он себя вел? Как построил свои отношения с труппой?