- Все интереснее и интереснее, - проговорил, вздыхая, Энрик. - Этот Фосфор... что о нем известно?
- Жил в северном Басстауне, в Антармери, - без приглашения заговорил Крысолов, за сутки разузнавший о пропавшем все, что можно и нельзя, - в компании типа коммуны. Шестеро парней, одна девчонка. Это была грязная компашка; их звали - Дети Сумерек. Темные дела, знакомые из Ровер-тауна, угрозы, рэкет... вроде бы Фосфор в этом не участвовал. Вчера средь бела дня они проворно погрузились в микроавтобус и исчезли без следа.
- Коммуна? А не "семья"?.. - спросил Энрик, глядя мимо Крысолова.
- Сомнительно. Для "семьи" - мало женщин; даже те, кому все равно, не живут как братья Пандавы, - до вступления в контрразведку Крысолов прошел два университетских курса - всеобщую историю культуры и политологию; если б не его отвращение к государственной Системе, им бы охотно пополнила штат любая секретная служба. - К тому же девушка жила в компании на равных, а не как Прислуга.
- Я о другой "семье".
- О Банш?.. Я не уверен, Энрик. Это были отпетые типы. Весьма агрессивные.
- Никто из дознавателей не говорил о том, что Фосфор... - начал Скиталец, но Энрик перебил его:
- "Войну кукол" с терактами развернули, как я понял, мирные домашние модели... Вы можете точно сказать о Фосфоре - киборг он или человек?
- Нет, не киборг!.. - Скиталец поколебался и добавил: - Он встречался с девушками. Я не стал их привлекать, но знаю это как факт. Если бы в нем было что-то необычное, это бы давно стало известно...
- У вас нет с собой его фотографии?
Вместо ответа диакон протянул Энрику распечатку:
- Один из лучших по физическому совершенству; привел в порядок библиотеку и видеотеку, совершал служения полного дня...
- Киборг, - ответил Энрик, бегло изучив фото и бросив его на стол, - Вы поступили правильно; пожалуйста, успокойте всех - и ни в коем случае не допускайте, чтобы над девушками смеялись. Если о его сущности станет известно вы должны сплотиться и поддержать их; если они уйдут из храма - это будет минус вам, но их можно перевести в другой храм. Никто ничего не мог знать заранее. Есть модели, неотличимые от людей. Это киборг; его позвали свои, и он ушел за ними. Голос крови сильнее разума. Спасибо.
Скиталец откланялся иудалился. Энрик остался наедине с Крысоловом.
- Это еще не все сюрпризы на сегодня, - молвил Мари-ус. - Два источника независимо друг от друга дали мне одинаковую информацию. Первый - наш человек в "политич-ке", он истинно "верный"; второй... а второй - это агент "по- литички" в Церкви. Он раскрылся, чтобы душа не болела. - Кризис? - взглянул Энрик из-под своих убийственно длинных ресниц. - Разочарование в службе? Любовь?.. Лю- бовь, - кивнул он, не дожидаясь разъяснений Крысолова. - Прими его и привлеки к нашему делу. Крепко возьми его. Масс риус. Он идет к нам не сквозь мрак, но через свет и радость...
- Все будет так, как ты сказал. Так вот - "политичка" планирует провокации во время завтрашнего служения; цель - вызвать беспорядки, объявить нас деструктивным культом, распустить и запретить.
- О Боже, - закрыл глаза Энрик, молитвенно сложив руки на груди, почему я всегда должен идти к тебе босиком по ножам, по битому стеклу, через тернии, мучения и испытания...
* * *
Джолион Григ Ауди как председатель парламентской комиссии имел офис в одном из зданий, что вольготно располагались вокруг Конгресса, прозванного злыми на язык централами Балаганом. Хиллари, оставив флаер на стоянке, двигался быстрым шагом, чтобы поспеть к условленному времени; следом - молчаливая Майрат. Кругом зеленели ровно подстриженные газоны и купы низкорослых деревьев с серебряно-голубой листвой; некоторые деревца, как отметил Хиллари, были сплошь в пышных белых и розовых цветах. Тот же пейзаж был за окнами кабинета Грига Ауди, но вызывал он не щемяще-прозрачные чувства о весне и пробуждении жизни, а скорее мысли о голографической картине, врезанной в глухую стену, так далек был хозяин и все то, что его окружало, от красот природы.
Строго функциональный кабинет с дорогой - но не чрезмерно - офисной мебелью, какие-то картины и портреты на стенах, призванные отражать индивидуальность того, кто сидел в кресле, но ничего не говорящие вошедшему. Спокойный и уверенный в себе господин в несколько чопорном костюме, с дежурным вниманием выслушивающий доклад, не перебивая и не говоря ни слова. Он даже пометок никаких не делал; ясно было, что для него все - просто обыденная, повседневная обязанность. Документацию он потом отдаст референту, и тот выжмет из бумаг важнейшие тезисы и противоречия. Очень темный мулат, возраст чуть старше пятидесяти. Матерый зверь парламентских дебрей; если Маршалл производил впечатление взятого в дом уличного пса, то Григ Ауди походил на нечто травоядное, могучее и крупное, круторогое, чьи центнеры мышц обтянуты крепкой кожей. Он не идет, а шествует, попирая копытами подлесок, - прочь с дороги!..
Хиллари говорил ему о проекте уже четверть часа, стоя, стараясь, чтобы голос звучал ровно и максимально разборчиво, - но с тем же успехом он мог докладывать двери, столу или стулу или убеждать в своей правоте мух и тараканов. Джо-Лион Григ Ауди был закаленным бойцом, умевшим и ругаться До изнеможения, и спать сидя с открытыми глазами во время изнурительных парламентских чтений, длящихся иногда не-Делями; что ему было высидеть, не сморгнув глазом, какие-то
полчаса, отведенные для знакомства с материалами предстоящей подкомиссии из уст обреченного пасть жертвой беспристрастных депутатов!..
Первые пять минут Джолион со скрытым любопытством смотрел на того, кто был виновником переполоха в Городе и кого Доран окрестил Принцем Мрака, но не найдя ни единого внешнего подтверждения, полностью успокоился, и мысли его потекли по прежнему руслу. Хармон ни по костюму, ни по манерам ничем не отличался от обычного высокорангирован-ного секретаря. Умные, ничем не примечательные, чистые, красивые парни - они годятся лишь для текущей работы, чтения и составления бумаг и расстановки запятых. Их мозг - просто компьютер, способный помнить все прецеденты и законы, к ним обращаются как к справочной литературе. Они слишком почитают старое, чтоб изобрести что-то новое. Их воля парализована, и они не способны к свершениям. Творит историю тот, кто стоит над законами или создает их... Джолиону стало скучно. И чем дальше, тем больше он всем своим видом давал понять, насколько безразлично ему все происходящее...
"Его это не занимает, - подумал Хиллари, поймав небрежный взгляд Джолиона на настольные часы и продолжая , тем временем читать цифры и выводы, нет личной заинтересованности...", - а вслух сказал, плавно закругляя речь:
- В эффективности нашей работы вы сможете убедиться сами, посетив проект.
- В этом нет необходимости, - ожил Джолион, про себя радуясь, что посетитель отчитался раньше отведенного срока и, быть может, удастся выкроить минут десять на отдых. Оставьте документы секретарю, я ознакомлюсь с ними.
- Мы вызовем вас судебной повесткой. Джолион приподнял голову. Что такое?..
- Извольте объяснить причину.
- Мы поймали вашу куклу, и вы как хозяин должны будете опознать свое имущество. Этого требует процедура расследования.
- Вы ошибаетесь. У меня нет и никогда не было никакой куклы, - Джолион остался столь же важен и невозмутим, но под сердцем у него екнуло. Нет... фу, какие нелепые опасения порой посещают людей!..