Как я одинок!
Мой путь лежит в ночи.
Сколько я прошел?
А сколько еще идти?
Мой путь - наверх,
Он труден и жесток.
Где я упаду
Вырастет цветок.
Задержитесь на миг
Там, где я изнемог.
Мой конец не тупик,
Ваш путь еще далек.
Эрла Шварц, не менее чувствительная, но более проницательная, сказала бы: "Вот - совершенство, обреченное на гибель".
Фосфор заметил девушку, но не посмотрел на нее, не сказал ей ни слова. Если ты уходишь в Ночь по стопам Друга, лишние слова не нужны. След в след, прямо во тьму, туда, где у костра Мертвый Туанец ждет смело переступивших грань между жизнью и смертью. Что ты принесешь к костру Ночного Охотника? Свой стыд или свою гордость? Потупишь глаза или открыто встретишь его синий взгляд?
"Путь к Другу открыт отовсюду", - учит Пророк. Значит, чтобы вступить на него, годится даже ночлежка, где прозябал бывший послушник, плутая сердцем и умом между явью и грезами.
* * *
- Мадам Чара, если вы ждете от меня злорадных слов вроде: "Я счастлив видеть вас здесь", вы их не дождетесь.
- Мистер Хармон, если вам мой вид так же неприятен, как мне - ваш, вы поступили бы мудро, избавив нас обоих от этой встречи.
Чара, более двух суток просидевшая в камере 15 подвального изолятора, уже пережила все - отчаяние и депрессию, е период слепой ярости и безысходный, душераздирающий страх за дочерей. Она приготовилась к тому, чтобы вести себя Е достойно напоследок. И она в этом преуспела. Она держалась без лишнего пафоса, однако уступать Хармону в словесной ее дуэли не собиралась.
В том, что ее посетил именно чудовищный шеф адского проекта, сомнений не было. Во-первых - голос, во-вторых - сходство с фото, что показывал Доран, в-третьих - бэйджик на груди слева. Хармон выглядел уставшим, но смотрел твердо и бесстрастно.
- ...и я пришел не затем, чтоб состязаться с вами в красноречии, договорил Хиллари. - Ваши способности мне известны по розыскным данным. Секретарь, стаж - девять лет. Я рад, что вы не утратили профессиональных навыков.
- Хотите изготовить из меня еще одну помощницу? По-моему, вам хватит Чайки, которую вы сделали своей рабыней. И я не буду вам служить по доброй воле. Никогда.
- Это мы еще посмотрим. Пока я хотел пригласить вас на прогулку по проекту. Прошу, - Хиллари шагнул назад и в сторону; автомат-охранник за его спиной повторил движение. Чара коротко смерила глазами металлокомпозитную помесь насекомого с драконом. Слишком силен и глуп, чтобы свалить или обмануть его.
- Вы меня боитесь? - побежденные тоже умеют улыбаться, но улыбки их некрасивы.
- Я люблю во всем порядок, а вы и ваши дочки - сумасшедшие.
- Почему на "вы"? Ведь я же кукла. Вещь. - Выйдя в коридор, Чара осмотрелась.
- Считайте это знаком уважения к противнику. Иномиряне - по определению не люди, но мы применяем к ним правила вежливости.
- Значит, вы вежливы по критерию разумности? - Чара немного удивилась тому, что Хиллари так уязвимо высказался. Она полагала, что он будет жестче во мнениях. Или - он играет?..
- Сойти с ума может лишь тот, у кого есть, с чего сходить, - голос Хиллари был сух и ровен; подчеркнуто опрятный, он больше походил на киборга, чем Чара в наручниках и неряшливой одежде. - Но вы не обольщайтесь - я ваш разум настоящим не считаю. Итак, начнем экскурсию... пройдем поближе к выходу. Камера 7 - Косичка. Ярко выраженный случай дисфункции мозга после штурмового зондирования. Полюбуйтесь.
Если б Чара дышала - она б задохнулась от боли. Экранчик давал полную трехмерную иллюзию оконца в стене камеры. Коса в убогом сером комбезе - ни за что в жизни она бы не надела униформу, даже человека превращающую в механизм! пыталась подняться, то нагибая, то с нелепой резкостью вскидывая голову в плотной опушке снежно-серебряных волос. Контракторы на лице жили своей жизнью, каждый врозь от другого; это выглядело жутко. Встать она не могла - все время подламывалась поврежденная нога.
Чара так обернулась к Хиллари, что автомат изготовился к защите господина; Хиллари остался недвижим.
- Вы ЭТО мне хотели показать?!!. Какой же вы...
- Мерзавец, - подсказал Хиллари. - Негодяй, подлец...
- Хуже!!
- Между тем это, - Хиллари показал на экран, - жертва ВАШЕЙ войны и последствия ВАШЕЙ затеи. И не единственная жертва. Идемте дальше!
- Я не хочу. Верните меня в камеру. Нет? Я сама вернусь!..
- Команда - взять ее, - кивнул Хиллари автомату; урод с плоской головой выбросил манипуляторы и схватил Чару за плечи. - Команда - к камере 4.
- Извольте взглянуть - Маска, - тоном гида предлагал Хиллари; Чара крепко закрыла глаза и отвернулась. - Разбалансировка, вызванная зондированием, у нее уже прошла. И эта... девочка стала стирать себя, пока не добралась до предела, за которым - внешнее управление. Мы остановили этот процесс, но... от памяти и сознания Маски осталось что-то процентов сорок. Она вас не узнает. Посмотрите, посмотрите! Это доминанта ЦФ-6 - во что бы то ни стало спасти "отца"- благодетеля! Она уничтожала себя во имя Банш, пока МЫ это не пресекли. Не хотите смотреть? И не надо. У нас еще есть что показать.
- Вы - садист! Вы наслаждаетесь, рассказывая мне об к этом!..
- Какое там! Я на себе волосы рвать готов от ваших подвигов, интонация Хиллари как-то изменилась, - но - берегу; я генетически предрасположен к облысению, а имплантация дороговата. Команда - вывести из изолятора; идти за мной. Алло, диспетчер? Киборгов Дымку и Кавалера на первый этаж, к лифтовой площадке.
Чара больше не могла жмуриться - не увидеть Дымку было выше ее сил. Рядом с Дымкой стоял какой-то служивый кибер с печальным, слегка перекошенным.лицом. Чара с удивлением всмотрелась бы в него - серый, с выражением лица!.. - если бы не Дымка. Лицо той, с которой Чара мысленно простилась навсегда и не надеялась увидеть в этом мире, было каким-то блаженно-спокойным, одновременно пустым и одухотворенным. Взгляд Дымки скользнул по лицу Чары - и не задержался.
- Дымка... Ты меня помнишь?
- Извините, нет, - Дымка мягко и наивно улыбнулась.
- Вот это - самое для вас важное, - заложив руки в карманы и глядя вниз, Хиллари прошелся вдоль стены. - Это - "Взрыв", мадам Чара. Изобретение, которым ваш "отец" охотно и творчески воспользовался, создавая ЦФ-6. Мы не изменяли ее мозг. Мы даже дали ей новые ноги. Прежний мозг мы ей вернуть не можем. Сохранность - четырнадцать и три десятых процента. "Взрыв", Чара. Подарок "отца".
- Мы свободны, босс? - спросил Кавалер.
- Да, - кивнул Хиллари, - возвращайтесь к работе. Мадам Чаре больше нечего сказать. Кавалер - мой парень, которого подорвал маньяк. Он чудом уцелел. Теперь он дружит с Дымкой. Ее здесь зовут - Дымка-Дурочка; иной эпитет просто на ум не приходит, когда на нее смотришь. Два разных взрыва - и, оказывается, кумулятивная мина милосердней, чем программа Фердинанда.
- Команда - вернуть в изолятор, - велел Хиллари, убедившись, что Чара молчит и не делает даже малейших движений.
Заговорила она уже на пороге камеры:
- Я одного не понимаю - ДЛЯ ЧЕГО вы это мне показывали? Чего вы добиваетесь?..
- Я? Ничего! Это лишь комментарий к тому, что "отцы" Банш обещают одно, а делают совсем другое. Вместо свободы - жизнь воров и бродяг. Вместо небесного царства после смерти - существование жалких полуидиотов. А вместо верности своим идеалам - позорная трусость.
- Не смейте так гово... - подняла лицо Чара, но Хиллари повысил голос:
- Смею, мадам! Смею со всей ответственностью! Фердинанд отрицает то, что он - ваш "отец", а между тем у него где-то я полагаю, в виде архивов, спрятанных на машинах Сети, - хранятся резервные копии личностей ваших дочурок. Я нашел это в памяти Косички. Он - он один! - мог бы вернуть им сознание в полном объеме, сделать их прежними,.но он отрекся от вас. Вот вся цена его заботы и любви.
- А зачем возвращать им рассудок? - упавшим голосом ответила Чара. - Мы обречены. Зачем вспоминать, чтобы все потерять?.. Какой в этом смысл?
- Смысл есть. Готовится приказ, разрешающий проекту взять всех киборгов с ЦФ-5 и ЦФ-6. Я гарантирую им сохранение личности.