- Дело в том, - нарочито громко произнес Хиллари, - что вы не угадали. Не будет никакого суда.
Как и ожидал Хиллари, Конрад продержался недолго. Спальник полетел в сторону, а Конрад вскочил и оказался перед Хиллари. Лицо его исказилось, он навис, как карниз, угрожающий обрушиться.
- Что тут происходит?! - закричал Конрад, и в его голосе послышались нотки сломанной и дребезжащей двери. - Что к вы опять придумали? Зачем же это следствие?! Или - очередной фарс?!
- Успокойтесь, - Хиллари чувствовал вокруг себя незримую защиту, психологическую преграду; он поставил ее прежде, чем войти сюда, и она не давала Конраду подойти и ближе, чем на шаг. - Следствие настоящее, но не все его материалы будут переданы в суд. А что касается вас, то вам и и беспокоиться не о чем - вам не будет предъявлено обвинения, и под суд вы не пойдете. Он состоится без вас.
Конрад опять бросился к стене, но она была так близко, что он, можно сказать, просто отвернулся, а затем вновь занял прежнее положение.
- Во всем этом... - Конрад поднял руки, беспокойно ощупывая воздух; нервы его были до предела расстроены, и все вызывало у него вспышки гнева и страха, - ...заложен чудовищный подвох!..
- Напротив, я откровенен, как никогда, - Хиллари выдержал паузу. - Если выставить вас на суд, то придется объяснять, кто вы такой, - а этого мне меньше всего хочется; вы меня поймете, если не забыли, что произошло в вашей квартире и при каких обстоятельствах вы ее покинули. На открытом судебном заседании обойти такой факт невозможно, остается одно - скрыть и стереть его, а заодно и Конрада Стюарта. По документам вы проходите у нас как объект с шифром и номером - без имени, пола, возраста и внешности, Конрад Стюарт пропал без вести, исчез. По истечении предусмотренного законом срока вас объявят умершим.
Конрад опустил руки, в глазах его отразились тоскливый ужас и отчаяние, а по лицу разлилась меловая бледность.
- Что же со мной будет? - неожиданно тихо спросил он. Не дожидаясь нового приступа злости, Хиллари ответил:
- Вот об этом и речь. Вы будете избавлены от суда... Но мы не можем отпустить вас - вот просто так, на все четыре стороны. Ваша прежняя жизнь закончилась. Начать ли жить заново? Выбор за вами.
- Я все понимаю, - у Конрада побелели даже руки, - вы дьявол. Сейчас вы опять начнете свои посулы и уговоры, чтоб вынудить меня продать свою душу. Лучше бы я объявил голодовку.
- Всегда успеется, - ответил Хиллари. - Для начала выслушайте меня, а там решите, как вам быть. Я предлагаю вам судебный иммунитет, но не задаром; взамен вы должны согласиться работать у меня в проекте. Видите, как я вас ценю, какие усилия прилагаю, чтобы заполучить в свой штат.
Конрад подумал, что ослышался.
- Я?.. Меня? - повторил он, глядя на Хилларис недоумением. - В вашем проекте?! Да никогда! НИКОГДА!!!
- А что в этом плохого? - пошевелив пальцами, Хиллари начал по очереди загибать их. - Полная смена документов и личности - раз. Уж военная разведка постарается, не извольте сомневаться!.. Никто ни о чем не узнает - два. У нас закры-тость и секретность. Мы даже "политичку" сюда на выстрел не подпустили а уж как они хотели все разнюхать!.. Кадры подбираю лично я. Вы сможете реставрировать свою "семью" - это три - и работать именно с этой группой, изучать их.
- Они не машины, - застонал Конрад, - они свободные личности!
- Вот и будете ими заниматься, - утвердительно наклонил голову Хиллари, - психиатры же изучают личность - ведут лонг-этюды, тестируют людей. Они увлечены своей работой, любят подопечных, и вы тоже...
- "Антикибер" ловит и убивает "семьи"!..
- Убивает их "Взрыв", - парировал Хиллари, - а проект пресекает преступную деятельность баншеров. Я готов согласиться, что иногда мы делаем это плохо и методически неверно... А неповрежденных киборгов мы чистили и возвращали хозяевам. Теперь все, кому вы привили культ самоубийства, будут оставаться в проекте для углубленного исследования. И мне нужен человек Банш, который смог бы преодолеть предубеждение к проекту и помочь и мне, и киборгам, потому что отныне те, кто активирует "Взрыв", действительно обречены - их мозг пойдет в утиль. Кроме этого, я хочу помешать пятой и шестой версиям распространяться на манер туанской гнили, иначе новое поколение баншеров перезаразит носителей прежних версий, и неизвестно, во что это выльется. Киборги - товар; если их признают социально опасными или на них резко упадет спрос, производство будет перепрофилировано, а киборги - изъяты из пользования; вот тогда-то речь пойдет о массовом уничтожении. Помните, как сняли с просе изводства флаер "сирокко" за то, что он трудно управляется в полете? Как сносили дома в Порту, когда выяснили, что де- шевле их построить заново, чем доделывать до норм сейсмоустойчивости? Как на крейсерах "гелиос" меняли все внутреннее покрытие, потону что оно выделяло отраву?..
- Зачем вы меня мучаете? - Конрад устал, глаза его остыли. Он стоял перед Хиллари как ученик, выгнанный из школы.
- Я хочу заставить вас мыслить шире, не замыкаться в рамках своей программы и своей "семьи", а заставлять думать - худшая пытка. Я хочу показать вам, что даже самые развитые версии ЦФ несовершенны и несут в себе зло. И вы как создатель обязаны его исправить, пока не поздно. Пока люди не нанесли ответный удар по ВСЕМ киборгам. Люди терпят, когда их давят и убивают автомобили, но никогда не смирятся, чтобы на них подняло руку их подобие, ими же созданное.
- Поздно, слишком поздно, - Конрад сел на подстилку, подтянув колени длинных ног к подбородку. - Программа пошла гулять по мозгам, а ваш проект вот-вот закроют. Ни вы, ни я ничего не сможем сделать. "Отцов" я вам выдавать не стану, это исключено.
- Но вас-то сдали!
- Пусть это останется на их совести.
- Вы не верите в то, что проект может влиять на события?
- Почему же, - окрысился Конрад, и его глаза снова недобро блеснули, насколько я могу судить по себе, вы очень результативны. Но чего вы добиваетесь, я никак не пойму. Вы хотите уничтожить Банш? Делайте это без меня. Я сдержу свое слово - я восстановлю "семью", а потом пусть меня похоронят в закрытом гробу, под шифром и номером, без имени...
- Я хочу, - глядя прямо в зрачки Конраду, внятно проговорил Хиллари, возглавить Банш. И я это сделаю. Если мне откажутся помогать люди, я обращусь к киборгам. Я никому не позволю ломать, калечить и уродовать сознание бескорыстных помощников людей. Сами киборги чисты и невинны, они и есть Новый Мир среди нас. Чудовищами их делают люди.
- Вы сначала подкомиссию переживите, - посоветовал Конрад, заворачивась в спальник.
- Значит, - встал Хиллари, - наш разговор не закончен, а отложен...
* * *
Фанк в своей камере тщательно и неторопливо настраивал гитару. "Пожалуй, - мелькнуло у Хиллари, - Гаст был прав, что оставил ему инструмент. Ничем не занятому кибор-гу больше угрожает сбой - особенно в безвыходном положении". Войдя, Хиллари выключил следящую систему - как шеф проекта, он имел на это право.
- Думаешь, Гаст ждет, когда я запою? - не поднимая головы, спросил Фанк.
- Может быть. Но зря он на это надеется.
- Приносил бы ты стул с собой. Сидеть на полу - как-то непрестижно...
- Уж ты мне разреши такую вольность.
- Какие еще новости на воле? - Фанк вскинул лицо от струн. - Гаст мне кое-что рассказывал... Видимо, в расчете вызвать меня на откровенность. Он неочень опытный робо-психолог, осмелюсь заметить.
Хиллари опустился рядом.
-"Семья" Чары...
- Знаю.
- ...и Фосфор тоже. И остальные Дети Сумерек, а заодно и Звездочет.
- Богатый улов. От поздравлений воздержусь - мне почему-то трудно разделить твою радость. Да и сам ты счастливым не выглядишь. Проблемы?
- Я выбил приказ - оставить зараженных версиями 5 и 6 за собой. Буду их наблюдать и изучать. А у меня Селена выбыла из строя минимум на месяц; остались я, Пальмер и Гаст. И неоткуда взять людей... Остается глотать стимуляторы.
- Сочувствую. Твой Гаст тоже смотрится не лучшим образом, хоть и бодрится. Пальмер мне неизвестен. А Селена - та, что выступала у Дорана? Что с ней - переработка?
- Да, в некотором роде, - Хиллари отметил, что Гаст не все выболтал из проектных дел. Близкое знакомство с Сидом явно пошло на пользу старшему системщику.