Он выпрямился и повернулся к Саманте, ожидая ее ответа. Одновременно он смог оценить ее платье, отчего-то раньше он не мог заострить на этом внимания. А может специально не хотел. Пока он дистанцировал ее от себя, пока позиционировал Блейк, как работника было легче. А сейчас все полетело к чертям, в который раз. Он внимательно взгляну ей в глаза, опрометчиво сокращая между ними расстояние. Его рука потянулась к ней, чтобы прикоснуться к ее шее, лицу, чтобы запутаться в ее волосах, чтобы притянуть к себе.
«Стой!»
Рейланд остановился в последний момент, так и не дотронувшись до Сэм.
- Ты знаешь, где я живу, - спокойно произнес Джек, возвращая себе былой тон и обходя Саманту, чтобы покинуть балкон, но в внезапно замер, - если ты захочешь…
На этих словах он покидает Саманту, так и не получив ее ответа. Так было нужно, если бы он услышал, что она скажет, предсказать свою реакцию не брался даже он. Поэтому он ушел, оставив ей решать, чего она хочет. Второй раз давая ей выбор.
Очередные коллеги окружили его, стоило ему вернуться в зал. Мужчина учтиво ответил на все вопросы и двинулся к столику с шампанским.
«Какая слабая херня! Нужно что-то покрепче, да и все эти морды мне уже порядком надоели!»
Рейланд оперативно нашел Кэмерон, что сидела в углу зала и пила шампанское.
- На сегодня ты свободна, - спокойно произнес босс, на что Кэм просто кивнула.
«С ней сегодня что-то не так… разбираться у меня нет ни сил, ни времени…»
Ему отчаянно хотелось покинуть это сборище и отправится к себе в квартиру, зажечь камин. Открыть бутылку виски и опять пить, до тех пор, пока в очередной раз опьянение не затуманит разум, а затем начать изучение последствий своей ночи. О Саманте он всеми силами старался не думать, хотя упрямая мысль фоном билась в голове.
Он снова ошеломлял её. Своим поведением, своим голосом, тем, что замер, так и не прикоснувшись к ней, тем, что снова дал ей выбор. Знал ли он, давая его, что Блэйк не сможет отказаться? Она в точности знала, что снова боится оказаться с ним наедине, но также она знала, что не сможет отказаться. Мотылёк всегда будет летать на огонь. Сэм должна была спросить себя, зачем она хочет это сделать. Но вопроса не было. Лишь желание поскорее покончить с этим вечером. Словно очередная встреча с Джеком поможет ей разобраться во всём этом. Поможет ей поставить точку, но точки точно не будет. Потому как она закутывается в его пиджак, как вдыхает его запах, можно было понять это очень легко. Она сама не хочет давать себе выбора.
***
В квартире царил полумрак, разгоняемый лишь светом фонарей из окна. Ровно в 20:00, входная дверь отворилась, впуская немного света из подъезда. Девушка по имени Мари Локвуд зашла домой, заперла дверь, разделась. Постепенно квартира озарялась светом по мере того, как Мари продвигалась вглубь дома. Однако, в гостиной ее ждал сюрприз. Вспыхнул свет, и девушка вздрогнула, когда увидела у себя в кресле гостью. Жгучая брюнетка с забранными в куль волосами, сидела любовно гладя пистолет с глушителем.
- Кто вы? – как можно спокойней поинтересовалась Мари.
- Это не имеет значения, - холодно отозвалась Кэмерон, улыбнувшись уголками рта.
- Что вы хотите? – медленно Локвуд двигалась боком по направлению к комоду.
- Стой, где стоишь, иначе умрешь быстрее, чем успеешь вызвать своих доберманов, - темных глазах брюнетки появился недобрый блеск.
- Я не совсем понимаю…
- Тебе не нужно понимать. Вопросы задавать буду я. Семь лет назад в торговом центре «Голден Гейт» была перестрелка, заказанная твоим боссом. В ней пострадал ребенок. Годовалый мальчик, по заключению мед экспертов мальчик умер, однако, я выяснила несколько иную информацию.
- Не понимаю, о чем вы говорите, - голос Мари превратился в стальной, она вытянулась, как струна, - я медик в «СтрайкерИндастриз» и не имею отношению к перестрелкам или чему-либо еще, чем занимается мой босс!
- Врешь, - прошипела Кэм прежде, чем пистолет глухо выстрелил.
Мари вскрикнула и схватилась за окровавленную руку.
- У тебя четыре конечности. В каждую можно засадить по несколько пуль, и ты не умрешь сразу. Зато тебе будет очень больно. Я все равно получу информацию, за которой пришла.
- Я ничего не знаю! – закричала Локвуд, с трудом сдерживая слезы.
- Не лги! Ты значишься в документах об экспериментах! Ты пыталась сделать из него… чудовище, - с горечью произнесла Рид.
- Я не знаю…
Очередной выстрел и Мари осела на пол.
- Воспоминай! Маленький мальчик, Джим Мэлоу! Вспоминай сука!
- Я… не… знаю…
Кэмерон не смогла сдержать гнев, праведный гнев, когда она представляла, что ее маленького сына подвергают опытам… следующий выстрел пришелся в живот Мари. Охнув, девушка медленно откинулась на спину.
- Долгая, мучительная смерть, - проговорила Кэм, поднимаясь с кресла и подходя к Локвуд, - ты умрешь так же, как мой сын.
- Ты… - в глазах девушки появилось некое осознание, - прости… я не знала… они сказали, что…
Кашель заставил Мари замолчать.
- Говори!
- Мальчик…я … подстроила его смерть… Страйкер думает, что мальчик умер. Не выдержал… я отдала его в семью. Он жив… - кровь засочилась с уголка губ Мари.
«В меня столько раз стреляли. Вся эта боль ничто по сравнению с известием, что вышибает почву из-под ног. Восемь лет назад, я очень хорошо помню тот день, когда мне позвонили из полиции и сообщили… Ваш муж и ребенок умерли… умерли… умерли… Мир померк перед глазами, я не хотела в это верить. Я не верила, не верила, пока не увидела собственными глазами. Мой сын, мой муж… я умерла тогда вместе с ними. От шока даже не было слез. Просто непонимание. Отчего весь мир продолжает существовать, а мой мир рухнул? Почему все так произошло? Как мне жить без них? Как? самая сильная боль на свете, боль от потери близкого человека, любимого человека. Горло сжала горечь, я смотрела на Мари и не верила. Не верила в то, что она сказала…»
- Ты врешь! Скажи правду! – горечь мешала Кэмерон говорить.
- Джим Карлайл… он жив… я… спасла его… прости… я случайно узнала… это все было из-за тебя… ты была нужна Джеку, поэтому и Страйкеру… твой ребенок мог бы повлиять на… прости…
«Она просит прощения у меня? Но ведь это неправильно, она спасла моего ребенка. Спасла… а я… Меня словно ударили обухом по голове, я закрыла глаза, пытаясь сдержать слезы. Я убила человека, который не был злым, который помог… который…Мари еще раз глубоко вдохнула, а затем замерла. Я осторожно закрыла ее глаза и поднялась. Айден сказал, что внутри него пустота. А я ему позавидовала, что же теперь? Во мне пустота. Вместо всех чувств… тех самых. Ненависти, отчаянья, боли, похоти… ничего не осталось. Лишь дыра! Огромная зияющая дыра. Я даже не могу сказать, что устала, потому что это не так. Во мне не осталось больше ничего. Не добра, ни зла, ничего. Я больше никто. Нет… я больше не человек, я цербер на службе у дьявола. Я бесцельно брела по улице, пока не оказалась дома. Бутылка джина не могла бы спасти меня, зато сталь… безжалостная сталь для стальной леди. Так ты когда-то сказал Джек? ты все это задумал очень давно. Ты хотел меня получить? Почему? Из-за моих показателей? Ты считал, что я пройду твой эксперимент. И я прошла его. только при этом я потеряла все, даже себя! Тебе не нужны были они, тебе нужна была я. Поэтому ты показал это Страйкеру, а он сделал за тебя грязную работу. Ты ублюдок Джек… только я больше не хочу тебя убить, это осталось где-то так далеко… я готова стать твоей послушной собачкой, я смирилась, Джек. Смирилась. Я знаю теперь, какой ошейник ты имел ввиду. Ты знаешь про Джима… и я ничего не смогу сделать, ведь в любой момент ты можешь его убить… ты гений Джек, гений…»
Кэмерон меланхолично откинулась на диване и водила острием ножам по венам. Кровь неторопливой алой струйкой стекала по рукам, обрамляла их, капала на диван, рисуя узоры. А Рид наблюдала за столь ужасающим зрелищем, и продолжала резать, зная, что это ее вряд ли убьет. Зато возможно, она почувствует боль, почувствует хоть что-то…
***
21:34 PM
Он медленно вошёл в квартиру. Дверь была не заперта. Пространство и время вязкие, тягучие. Всё это ложь. Это не может быть правдой. Не может снова повториться. Сердце не может снова биться так сильно, пытаясь вырваться из груди. Это нереально. «Ты сам сказал, пустота. Значит, внутри тебя ничего не должно быть. Но ты чувствуешь. Чувствуешь боль. Боль утраты. Снова. Но на этот раз она куда более сильная и жгучая. Она начала затапливать твоё сознание, когда ты принял тот телефонный звонок. Когда услышал лишь одно её имя. Имя своего ангела… лежащего сейчас на полу в луже собственной крови. Чувствуешь? Чувствуешь, как всё снова обрывается? Как мир расползается на миллиарды невидимых молекул? Так выглядит смерть. Чужая смерть, что подтачивает тебя изнутри. Снова…»