- Я хотела получить ответы, но она упорно молчала. Говорила, что ничего не знает, однако ее поза говорила об обратном, - Кэмерон сделала паузу, а затем совсем осипшим голосом произнесла, - я выстрелила. В руку, затем в ногу. Потом в живот. Только тогда она заговорила, сказала, что спасла его. Отдала приемным родителям. Возможно, она соврала, но… я верю ей.
Пальцы киберпротеза едва заметно подрагивали, олицетворяя желание Айдена снова сжать их в кулак. Новая волна гнева так желала снова вырваться наружу. То, что он услышал было ещё хуже, чем смерть Мари. Потому что это был ребёнок… Фостер ощутил, как к горлу подступает ком. Ненависть распространялась и на Страйкера. Этот добрый, хоть и себе на уме, старик медленно чернел в голове мужчины. Айден не считал его святым, он использовал его, чтобы отомстить, но всё же… как хотелось думать, что ты выбрал правильную сторону. Кэмерон его отражение. Теперь в точности. Они два цепных пса, которые пытаются догнать свои прошлые жизни.
«Чувствуешь, как кажешься себе мелочным и бесполезным? Чувствуешь, как беспомощность затапливает твоё сознание? Этого нельзя допустить. Ты уже ступил на эту дорожку. За тобой горы трупов. Так почему бы не увеличить их число, чтобы на пороге Ада услышать – будешь моей правой рукой, мой маленький каратель… Страйкер тоже поплатится» Фостер ощутил жгучее желание смести всё на своём пути. Всё, до чего сможет дотянуться. «Но один я не справлюсь… Ты нужна мне»
Образ умирающей Мари вспышкой пронесся в голове, заставляя Кэмерон зажмуриться.
Оглушительный крик вырвался из груди брюнетки, одновременно с тем, как она вонзила нож в свою ладонь, приковав себя к дивану. Опустив голову, Кэм тяжело дышала, пытаясь совладать с тем, что с ней произошло. Боль, звенящим гонгом, устремилась в мозг, расползаясь по нейронам и пробуждая тело. Заставляя его бороться. Это было похоже на разряд дефибриллятора, однако «сердце» еще не запустилось.
- Убей меня, теперь я слишком опасна. Во мне ничего не осталось, я послушная кукла Джека… или сделай больно, заставь вновь ненавидеть, я больше не могу… устала… слишком сильно устала, - глаза неприятно защипало и вновь потекли слезы, выпуская неизвестные эмоции.
Её крик заставляет Айдена сжаться. Он, наконец, выпрямляется и поворачивается к Кэмерон, внимая её просьбе. «Прости. Я не могу… не сейчас» он просто смотрит на неё, изучает её увечья, что она нанесла себе. И бессердечно думает о том, как заставить её подняться. Что сделать, чтобы она снова оказалась с ним в одной команде. Это должно быть что-то большее, чем обещание исполнения мести.
Он уходит в ванную комнату на поиски аптечки. Для начала стоит о ней позаботиться. Небольшой чемоданчик с медикаментами всегда можно было беспроигрышно найти в ванной, поэтому мужчина быстро возвращается и садится на пол перед девушкой на колени. Ставит аптечку рядом, заглядывает Кэм в глаза, протягивает руки к её, что прикована к дивану.
- Будет больно. – «Во всех смыслах, даже если я сейчас тебе помогу, даже если ты согласишься помочь мне» Он придерживает её руку, хватается за нож и резко дергает его вверх. Но дальше он спрашивает у неё разрешения, чтобы оказать помощь.
Это рождает очередную вспышку боли, дарующую ее голове ясность. Жаль, что только на несколько минут.
- Он ведь всё ещё жив. – старается спокойно говорить Айден, надеясь дать Кэмерон якорь. Её сын ведь всё ещё жив… а Мари и Лили нет…
Кэмерон внимательным взглядом наблюдала за движениями Айдена. Инстинктивно она напряглась, ожидая удара. Ожидая чего угодно, только не этого.
«Ты серьезно?» проносится мысль в голове девушки, которая отчаянно пытается не дать своему мозгу отключится от потери крови.
«Он не убьет тебя. Неужели ты ждала… надеялась так легко покинуть этот мир? Какая глупость» усмехается подсознание. Еще с минуту брюнетка смотрит на Фостера, вслушиваясь в его фразу.
«Он ведь все еще жив…» эхом проносится в ее голове, рождая иллюзии, что она сможет увидеть сына. Спустя столько лет. Однако, теперь грудь стиснул страх. Нет, пока она не готова увидеть его.
Все же она протягивает руку Айдену, позволяя помочь. По сравнению с тем, что она испытывала, эта боль кажется чем-то незначительным, но Кэм пытается на ней концентрировать для того, чтобы не потерять сознание.
- Теперь это не имеет значения, - хрипло отзывается Рид, отстраненно наблюдая за действиями мужчины.
В какой-то момент их взгляды встречаются и Кэм замирает.
«Я будто смотрюсь в зеркало. Почему судьба нас свела Фостер? Возможно, потому что ты настолько похож на меня, а я на тебя, что мы должны пройти этот кошмар до конца? А что в конце? Смерть…»
Поддавшись порыву, Кэм подняла здоровую руку и аккуратно положила на щеку Айдену. Щетина приятно заколола кожу, перебивая мысли о боли, перебивая все мысли. Она слегка потянула Фостера к себе, и сама подалась к нему навстречу, пока не коснулась его губ своими. Это не было похоже на предыдущие ее поцелуи. Этот был пропитан нежностью, болью, кровью, слезами. Тем, чего никогда не было в ней до этого момента. В нем была тоска и мольба о помощи. Впрочем, она довольно быстро прекратила неожиданный поцелуй, однако не отстранилась. Рид уперлась лбом в лоб мужчины и тихо произнесла: «Прости…»
Нет нужны думать о том, что она делает. Нет нужды думать о том, что делает он, отвечая на её поцелуй. Осторожно, нежно, почти украдкой. Он словно вор. Крадёт её поцелуй. Крадёт её прикосновение, от которого по телу разливается жидкая лава, что сметает под собой все его эмоции. Этот поток сметает самого Айдена, унося его в другую реальность, где он человек без всех тех проблем, что окружают его. Он хотел побыть другим человеком. Фостер осторожно проводил кончиками пальцев по бинтам её раненой руки, скользит по краю ладони, чтобы не задеть рану.
Чувствуя её, мужчина понимает, что ему хочется большего, чем это прикосновение к его лбу. Он хочет освободиться. Хочет освободить её. Потому что они одинаковые. Но у Рид больше шансов выжить. Выжить по-настоящему. Человек, ради которого она такой стала – жив. Он же мёртв дважды. И ему нужно было зацепиться. Сейчас он хотел зацепиться за неё. Это единственное, что может ему помочь. Он должен вытолкнуть её на поверхности. Провести через этот Ад, но ему тоже нужна помощь. Сейчас. Поэтому он тянется левой, настоящей рукой к её ладони. Проводит по ней пальцами, ведёт их выше. Касается плеча, шеи и замирает на щеке.
- Помоги мне… - шепчет он, снова потянувшись за поцелуем.
И ему не нужна помощь в том, чтобы уничтожить Рейланда и Страйкера. Он просит дать ему шанс не рухнуть в пропасть прямо сейчас. Он касается её губ своими, пытаясь спрятать своё отчаяние.
Кэмерон вновь целует его, не сдержав стон полный вселенской тоски. От его прикосновений по телу идет дрожь, затмевающая собой абсолютно все. Осторожно она обнимает его, не слыша боль от порезанной руки. Девушка подается вперед, навстречу к нему. К человеку столь похожему на нее, к своему зеркальному отражению. Снова глаза щиплют слезы, и она чувствует их вкус. К нему примешивается вкус Фостера, такой пряный, такой бесконечно необходимый. Рид шумно вздыхает, оторвавшись от Айдена и снова заглядывает ему в глаза. На этот раз слова не нужны, на этот раз диалог идет молча. Только так она умеет разговаривать искренне.
«Я слабая… я проявляю эту слабость при тебе. Мне это необходимо, я хочу тебя. Хочу, чтобы ты был рядом. Сейчас… мне это нужно…»
Ей безумно хочется укрыться в его объятьях, свернуться в комочек и побыть той маленькой девочкой, кем она была когда-то.
«Помоги мне…»
Им обоим нужна помощь, и они могут помочь друг другу.
«Возьми меня… заставь забыть, кто я на самом деле. Заставь забыть…»
Он шумно выдыхает и на мгновение замирает, проникая ощущениями в её объятия. Прислушивается к себе. Что она в нём вызывает. Это не желание секса. Не желание сбросить эмоциональное напряжение. В такие моменты тебе всё равно, кто тебя обнимает. Ты чувствуешь просто желание, но Айден чувствовал ещё что-то. После долгой пустоты он не понимал, что это за ощущение. Он ещё долго будет разбираться в себе, пытаясь понять, как именно выглядит радость, облегчение, страдание. Сейчас он просто повиновался всему этому, что приковало его к девушке в его объятиях. Он, наконец, вдыхает и её аромат пьянит не хуже дорогого виски.