Сэм чувствовала, как с каждой секундой ожидания, напряжение внутри разрастается. Неприятное, трепетное ощущение. Ещё не страх. Но уже волнение. Блэйк видела, что перед ней сидит не тот Джек, которого она знает столько лет. Перед ней другой человек. И она совершенно не представляет, чего от него ожидать. Слишком много различных эмоций с его стороны она видела. Но эта, то, что чувствовалась в нём сейчас, была самой страшной… он измучен.
Рейланд легонько хватает Сэм за руку и притягивает к себе, чтобы обнять, чтобы зарыться в ее волосах, чтобы почувствовать ее запах, чтобы не видеть ее глаз.
- Ты опять совершаешь ошибку, - шепчет Джек, - и я тоже. Ты что-то надломила во мне. Надломила настолько, что я неожиданно взглянул на все свои деяния под другим углом. Саманта, ты должна меня выслушать. Я столько раз тебе говорил, что я очень плохой человек. Что я антигерой, но ты не послушала меня и не виновата в этом. Я не знал, что эксперимент удался. Впрочем, теперь никто другой и не узнает. Сэм, я переписал контрольный пакет акций «МедикаРейланд» на тебя. Этих денег хватит, чтобы прожить безбедно до конца дней. Этих денег хватит… малышу, - последнее слово дается ему с трудом, - я стер все данные по эксперименту над тобой. Ты Саманта Блейк и никогда не умирала…
Джек замолкает, лишь сильнее прижимая Сэм к себе, не зная, что еще сказать. Весь этот поток был не связанными словами, но он не знал, как еще попытаться объяснить ей, что она ему дорога. Не знал, как сказать, что хочет быть с ней.
«Что тебя так терзает? Я хочу узнать, помочь, но ты притягиваешь меня к себе, и я чувствую, как с моих плеч сваливается огромная каменная глыба. Я прижимаюсь к тебе, хочу спрятаться в твоих объятиях, обнимаю в ответ, утыкаюсь лицом в плечо, чувствуя, как сильно бьётся сердце. Я хочу, чтобы этот момент длился дольше, чем несколько секунд, что бы мы просто так сидели и молчали, но время неумолимо. И беспощадно, как и вся наша жизнь… твои слова. Я боюсь их. И сердце снова ускоряется. Но теперь я чувствую липкий страх. Не понимаю почему. Потому что ты всё знаешь? Или потому что твой голос и слова звучат как прощание? Я не хочу прощаться! Мне хочется закричать, но я лишь беспомощно стискиваю пальцами ткань твоего пиджака и хочу прижаться к тебе сильнее. И ты тоже…я чувствую твой…страх? Это всё не важно… не важно, кто ты. Я ведь уже полюбила тебя. Не важно, кто я, этого уже не изменить, ведь я здесь… всё не важно, понимаешь? Не молчи Сэм! Очнись! Так не должно быть!»
Ордо находит в себе силы и медленно отстраняется, чтобы посмотреть Джеку в глаза. Она напугана. И слова не могут вырваться сразу. Она изучает его, хочет в панике запомнить каждую черту его лица. Цвет глаз. Серо-голубые. Чуть темнее, чем у неё.
- Что происходит? Ты словно прощаешься… - то, что волнует её сейчас больше всего.
Джек внимательно смотрит ей в глаза, изучает, пытается найти в себе ответ.
«Пришло время, Джек. Она должна все знать… освободи свою душу хотя бы таким образом. Для таких, как ты не существует долго и счастливо»
- Саманта, когда я узнал… - мужчина опустил взгляд, скрыв улыбку, - я не знаю, как все это рассказать, но я должен. Побудь моим пастором. Я тебе уже говорил, что ты мне нужна. Безумно нужна. Я думал, что все это временно. Что ты для меня лишь новая игрушка. Что скоро это пройдет… я жестокий человек, я убиваю и за меньшее, но тебя… тогда, после нападения, я нацелил на тебя пистолет и, лишь потом осознал, что никогда бы не смог выстрелить. Я видел твои глаза и просто не мог. А потом наша ночь, ты другая. Понимаешь? Ты совершенно иная. Я пытался себя убедить, что ты мне не нужна, что это всего лишь увлечение. Все перевернулось и встало на свои места, когда я нашел файл «Тета 0.1.». Ландо все мне рассказал и пока он говорил, я видел, что с тобой может быть. В какой ты серьезной опасности. Если хоть кто-нибудь узнает о том, кто ты…Я велел ему удалить все файлы, связанные с тобой. И…Кэмерон. Она была у меня на поводке семь лет, и я никогда бы не задумался уничтожить ее данные. Ведь она мой цербер, она моя охрана. А тут… я действительно испугался за тебя. Правда. У меня никогда не было такого чувства, чтобы я боялся за кого-то. Только за себя. Поэтому я попросил удалить все данные по таким экспериментам. Прости, за мою не связную речь, но я никогда не исповедовался. Никогда не рассказывал все, что творится у меня на душе. А сейчас…Сэм, я безумно хочу быть с тобой рядом, хочу увидеть, как родится наш ребенок. Хочу видеть, как он будет расти. Мой отец был не образцовым, поэтому мне пришлось бы учиться. Впервые в жизни я захотел жить для чего-то… кого-то другого, нежели власти. Мне она больше не нужна. Это так…смешно.
Рейланд поднимается и делает несколько шагов по комнате, проводя рукой по лицу.
- Это, правда, смешно! Потому что просто в один миг, будто щелкают выключатель, и ты все понимаешь. Мир переворачивается с ног на голову! И все приоритеты меняются. Я был глуп, что так слепо шел ни к чему! Я столько лет убил на то, чтобы получить эту власть, эти деньги. Они у меня есть, но лишь сейчас я осознал, что за всем этим я потерял что-то большее.
Рейланд подошел ближе, и встал перед Блейк на колени, он провел ладонью по ее коленям, а затем коснулся живота.
- Если бы ты только знала, насколько сильно я хочу быть рядом, но… Мои преступления нельзя искупить простой исповедью. Сэм, прости меня, я совершил слишком много ошибок. Но я могу попытаться их исправить, если спасу тебя и малыша, - мужчина заключил в ладони руку Саманты, - ты уедешь отсюда, как только решишь все дела косаемые тебя. Доктор Ландо сказал, что возникли какие-то проблемы. Ты все здесь решишь, а затем уедешь. Прошу тебя, не отказывайся. Ты будешь хозяйкой «МедикаРейланд», все проценты будут начисляться на твой личный счет. А я останусь здесь, чтобы подчистить все хвосты. Я сделаю так, что никто не пойдет за тобой. Это единственное, что я могу сделать. Спасти тебя…и я это сделаю единственным мне известным способом. На меня началась охота, а ты сейчас для них лакомый кусочек, поэтому выбора нет…
«А затем я приду к человеку, которому должен не меньше, чем тебе. Я расскажу ей все…и наконец, уйду на заслуженный покой»
«Я чувствую, как мне хочется заплакать. Я даже не знаю, почему именно. Ты не кричишь, не злишься. Всё совсем наоборот. Я вижу и чувствую, как тебе плохо. И каждое твоё слово оставляет у меня в груди клеймо, словно раскалённое железо. Боль физическая, я чувствую её и мне хочется прижать к груди руку. Попытаться унять эту боль. Но я не могу. Не могу даже пошевелиться. Просто смотрю на тебя и понимаю, что ты скажешь в конце. Это ведь так логично. И так страшно. Вокруг меня ещё никогда не было такого хаоса, и я не жалею о нём. Всё это привело меня к тебе. Привело меня к этому чувству, что так отчаянно разрывает меня на части. Но я всё равно не жалею. Я не знаю, как это выразить словами. И не знаю, можно ли это вообще-то объяснить. Потому что невозможно показать все эти воспоминания, что так ярко вспыхивают в моей голове. Я помню тебя таким, каким видела раньше. Помню, как начала ненавидеть тебя впервые, как успокоилась, поняв, что это лишь мешает моей работе. Помню, как снова испытала это жгучее ужасное чувство, когда ты наставил на меня пистолет… Джек, я хотела, чтобы ты выстрелил. Я хотела тебя убить… все мы чудовища, в той или иной степени… Помню, о том, что было ещё в воскресенье. Помню этот парализующий страх от осознания, что я не тот человек, кем была… если была. Я до сих пор не могу решить эту этическую сторону вопроса. Но мне всё равно. Понимаешь? Потому что я хочу быть с тобой. Хочу, чтобы всё изменилось. Хочу, чтобы ты не оставлял нас… но ты оставишь. Верно? Да. Ты даёшь мне деньги. Нам. Ты хочешь нас спрятать. И я понимаю тебя. Но не хочу принимать твоё решение. Я хочу, чтобы ты снова мог положить руку мне на живот и почувствовать, как пинается наш малыш, когда подрастёт. Прошу, не отпускай меня… но ты сжимаешь мою ладонь так, словно прощаешься. Снова. Я сжимаю твою руку в ответ, не сводя с тебя взгляда. Я стараюсь не заплакать. Честно. Я не плакса. Не слабая. Я смогу. Должна»