Бледность Блайз не была признаком скорой смерти. Даже когда жизни уже ничего не угрожало, она оставалась белой. Я не знал, восстановится её кожа или навсегда останется такой. Но это не имело никакого значения. Теперь она казалась мне непривычно странной, но…
Она была жива.
Какое счастье.
Она жива.
Я больше не мог допустить её смерти.
***
Блайз очнулась в незнакомом месте одна. Тело будто придавило к постели невидимой каменной плитой. Она с трудом поднялась, изумрудные волосы сразу рассыпались по плечам. Блайз постаралась заправить их за уши, руки, будто чужие, подчинялись с трудом, и осмотрела себя. Чёрный комбинезон кто-то снял, она была одета в мужскую хлопковую белую рубашку на пуговицах, закрывающую ноги только до половины бедра. Тело выглядело, на удивление чистым. Как и волосы. От неё даже пахло цветочно-ванильным гелем для душа. Блайз отбросила одеяло, спустив с кровати ноги.
Комната, в которой она проснулась, имела огромные окна, откуда внутрь попадало колоссальное количество световых лучей звезды, словно от прожектора. Кроме неба Блайз со своего места ничего там не смогла увидеть. Слева находилась одна закрытая дверь, а вторая, напротив кровати, была приоткрыта, виднелся край белой раковины и зеркало, преломлявшее некоторые лучи так, что над изголовьем по тёмно-серой стене прыгали солнечные зайчики.
Голова кружилась. Последние силы ушли на то, чтобы встать и добрести до зеркала в ванной комнате. Блайз облокотилась о раковину, которая небезопасно скрипнула под её весом. Она кое-как, потому что в руках не осталось никаких сил, а управлять ими было невозможно, открыла кран, быстро ополоснула лицо и подняла голову, рассматривая отражение. Кожа заметно побледнела. Блайз и раньше была достаточно светлой, но теперь она самой себе напоминала гипс – хрупкую, ослепительно-белую статую. Венки на шее проступали ярче, руки и скулы похудели, а каждая мышца в теле напряжённо натягивалась от движений.
Волосы действительно оказались чистыми, как и раньше - шелковистыми и длинными. Под воротником рубашки виднелся конец какой-то красной полосы, при первом взгляде на которую на Блайз обрушились воспоминания. Она думала, что умрёт. Она была уверена, что уже мертва. Может, приснился какой-то страшный сон? Ощущения боли и наступившего после немеющего облегчения вспыхивали где-то в дальних уголках сознания. Блайз выпрямилась, наблюдая за собой в зеркале. Она отчётливо помнила ту резкую вспышку в груди, которая просто не могла быть нереальной. Блайз до сих пор ощущала её слабые отголоски и ноющее чувство в области сердца.
Она осторожно отодвинула край воротника рубашки. В центре груди на новой белой коже было несколько подживших тёмно-красных шрамов. Блайз не могла понять, какой из них – результат операционного надреза, а какой - поверхностный разрыв кожи из-за ранения. По форме шрамы напоминали лучи, расходящиеся в стороны от центра. Совсем как у той звезды, что светила в окно, на груди Блайз словно вырезали солнце. Она отпрянула от зеркала, поправила рубаху так, чтобы шрам оказался полностью скрыт, и поспешила вернуться на кровать, придерживая воротник. Села, сложив руки, и стала ждать. Тишину комнаты нарушало только её взволнованное дыхание, а снаружи, из коридора, не доносилось ни единого шороха. Блайз хотела подойти к окну, посмотреть, где она находилась, потому что Академию это ни сколько не напоминало, ни одно знакомое место на Земле тоже, но не могла решиться встать на ноги вновь.
Наконец, послышались глухие, отдалённые звуки. Кто-то шёл по коридору, поспешно переставляя ноги, каблуки ботинок ритмично стучали об пол. Блайз выпрямилась, пристально уставившись на дверь. Её сердце болезненно забилось от волнения, и к лицу прилил жар из-за необъяснимого чувства страха. Когда дверь открылась и в комнате показалась знакомая фигура, Блайз облегчённо выдохнула, попытавшись унять неоправданное беспокойство.
Это был Эрос. Его белые волосы вспыхнули как факел, поймав несколько лучей, а глаза засветились, словно два янтаря, наткнувшись на взгляд Блайз. Эрос застыл в дверях. Он разглядывал её пару минут, стоя неподвижно, а потом, резко шагнул внутрь и, в два шага преодолев расстояние до кровати, опустился радом с Блайз на колени.