Глава 2
Глава 2.
Реабилитация.
Солдат в броне китайской корпорации «Хуашенг» осторожно выглянул из-за угла кирпичного дома, разбитого артиллерией. Я держал этот угол под прицелом своей штурмовой винтовки МД-411 «Хаммер». Голографический маркер виртуального прицела, связанный с прицельным кибернетическим блоком в моем правом глазу, моментально захватил цель. Голову вражеского солдата. Боевой компьютер в моей голове отметил четыре уязвимые точки на шлеме китайца. Решаю бить по глазным окулярам. Там броня не такая толстая. И подкалиберная бронебойная пуля из моей автоматической винтовки ее легко пробьет. Весь этот процесс занял долю мгновения в реальном времени. Миниатюрный тактический компьютер, интегрированный мне в мозг, значительно ускорял мое восприятие. Что давало мне в бою преимущество перед бойцами, у которых такого компьютера в башке не было.
А если по простому, то я более шустрый и быстрее соображаю. И рефлексы мои гораздо круче, чем у простого человека. Конечно, там не только тактический компьютер по кличке Бот работает, делая из меня очень быструю, сильную и эффективную машину смерти. В моем новом теле сейчас имеется целая куча кибернетических имплантов. По данным Бота мое тело в данный момент состоит на шестьдесят четыре процента из этих самых имплантов. Кибернетические руки, ноги, кости тела и черепа, сердце, легкие, кожа с броневым тонким слоем под ней, печень, почки, трахея и еще куча более мелких имплантов. Хорошо, что прежний хозяин тела все же не был полным маньяком хрома. Так здесь называют людей, которые по максимуму модернизируют свое тело, вставляя туда почти сто процентов имплантов.
У этих придурков даже нечто вроде новой религии образовалось. Где утверждается, что плоть слаба, и надо от нее отказаться, чтобы стать совершенными людьми. Вот только чрезмерное увлечение имплантами сильно сказывается на психике человека. Здесь самой распространенной и опасной болезнью считается киберпсихоз. То есть человек от кучи инородных кибернетических устройств, установленных в его тело, может легко и быстро сойти с ума и начать убивать всех вокруг. И такой больной индивидуум становится очень опасен для окружающих его людей. Между прочим, Алекс Кот не был поклонником религии маньяков хрома. Но кое-какие их идеи он все же разделял. Потому при каждом удобном случае ставил себе разные импланты. В основном, боевые модели. Которые, кстати, на гражданском рынке было не найти. Их часто ставили элитным бойцам корпораций. И не бесплатно. Эти люди платили за те импланты. Правда, и скидку им тоже при этом делали приличную. Как сотрудникам корпорации.
Я плавно нажал на спуск, посылая короткую очередь по солдату корпорации «Хуашенг». Отдача у этой модели штурмовых винтовок небольшая. И ее вполне компенсирует моя феноменальная сила, даваемая мне искусственными мышцами моих имплантов-рук. Поэтому я эту отдачу почти не ощущал, нажимая на курок. Прицелился я хорошо и все три пули в очереди вошли точно в глаз противнику. Бронированная линза его шлема не выдержала такого удара и рассыпалась мелкими осколками. Ну, еще бы! Ведь такие подкалиберные бронебойные пули предназначены для пробития и более солидной брони. Поэтому они легко проткнули линзу из бронестекла. А потом пробили правый глаз и вошли в мозг, расплескав его вместе с осколками черепа по внутренней стороне тактического шлема китайского бойца. Хороший выстрел! Одного обнулил. Но китайцы не любят по одиночке действовать. Вот этот спецназовец китайской корпорации «Хуашенг» явно работает в тройке. Значит, тут где-то поблизости еще двое врагов прячутся.
Вообще-то, на корпорацию работать было довольно прибыльно и выгодно. Но большей части людей такая работа была недоступна. Несмотря на отшумевшую Войну Судного Дня и три корпоративные войны после нее. В этом мире все еще жило до черта людей. И лишь немногие из них имели приличную работу в корпорациях. А большая часть человечества влачила жалкое существование, добывая себе пропитание тяжелым трудом. Ну, или преступными методами. Путь в этой жизни каждый выбирал сам для себя. Вот Алекс Кот выбрал. Он стал элитным убийцей на службе корпорации «Интеграл». И за девять лет на этой службе уже успел кучу народу обнулить. Обнулить, значит, убить. Так тут называли этот процесс на местном сленге английского языка. Который я благодаря воспоминаниям Алекса довольно неплохо понимал. Без тех воспоминаний, хоть они и были довольно отрывочными, мне бы было тяжело прижиться в этом новом мире.