Я не ответила, на абсурдные претензии, вместо этого, повторила вопрос, но уже громче:
-Кто посмел?
-Посмели что, ваше высочество? - внезапно подал голос молчаливый до этого отец недожениха.
-Посмел все! - процедила я.
Удержать свою ярость в себе, оказалось очень нелегко. Эмоции, которые, как мне казалось, я надежно закрыла, грозили взорваться вспышкой ярости. Хотелось сжечь нафиг этот дворец, вместе с его слугами, фальшью, интригами и грязью. Но увы, увы... Вместо этого, мне пришлось сдерживаться. Ну сожгу я тут все, а что толку? Главгад все равно, где то прячется. Моя миссия выманить его. А дальше, пусть Инари разбирается.
-Если бы вы говорили конкретнее... - продолжал лебезить большой папа.
Но я не стала его слушать.
-Или мне сейчас принесут виновника - тихо начала я - Или я сожгу здесь все!
На ладони вспыхнуло пламя. Конечно, это была всего лишь иллюзия, огонь я не умею создавать так легко. Хотя пару раз, у меня получалось призвать огненную магию. Но она не давалась мне так легко, как иллюзия. Огонь все время вырывался, вредничал, сопротивлялся. Ему претила одна лишь мысль о подчинении. Это странно, вообще-то. Если вспомнить ласковых и послушных карпов, то я начинаю сомневаться, одна ли это стихия, или может, у моей магии огня раздвоение личности? Надеюсь нет, звучит не очень.
В любом случае, я бы не рискнула призвать настоящий огонь, конечно, это у меня получится, но вот удержать его... Большой вопрос. Я однажды, сожгла одну из красивых беседок, в саду Инари, случайно конечно. Слава богу, кицунэ не разозлилась. Но с тех пор, пользоваться огнем, я побаиваюсь.
Но это знала я, знали Ину и Нэко, а вот остальные присутствующее, заметно напряглись. Конечно, они не ожидали, что беспомощная принцесса полукровка, приручит огонь.
Никого не удивили мои уши и хвост, это было ожидаемо, ведь мой отец не просто оборотень, а наследник крови. Магию во мне, тоже ждали, но никто не собирался меня ей учить. А я вот научилась. Теперь, или они мне подчинятся, или я их убью.
Никогда не убивала, и мне не хотелось бы, но тут...или они, или меня. Выбор не большой.
Конечно, министры думали о том же, по этому пытались выиграть для себя время. Теперь, их дружная компания разделилась. Каждый обвинял в преступлении другого. Что же, это тоже ожидаемо.
-Достаточно. - рыкнула я, потушив свой огонь. - Все вон. Если кто-то посмеет обвинить члена правящей семьи, встретится со мной. Лорд Олар, невиновен. Меня, никто не похищал. И я обязательно выясню, кто причастен к ложным обвинениям. Оскорбления своей семьи, я не оставлю без внимания.
Когда пятерка министров сломя голову бросилась к двери, я лишь улыбнулась.
-Ах да, - вспомнила я о важном, заставив совет замереть в ужасе. Но строгость в моем голосе сменилась нежностью. - Ваш сегодняшний концерт, я тоже запомню, свободны.
Совет, как ветром сдуло.
-Нэко, будь любезна, прикажи готовить для меня покои. И комнаты дяди, пусть тоже в порядок приведут.
Кошечка кивнула, и ушла выполнять приказ. Ину же, неотрывно следовал за мной.
Я подошла к ушастому.
-Дядя - голос дрожал.
Мне казалось, боль, которую испытывает брюнет, чувствую и я. Стражники продолжали молча держать моего родственника, лишь изредка бросая на него сочувственные взгляды. Все таки, не все плохие, в этом дворце, а гниль, я быстро выжгу.
Мне бы очень хотелось намагичить диван, и уложить дядю на него. Но этого я не умею. Мои иллюзии не на столько устойчивы, но я над этим работаю.
Созидать при свидетелях я не рискнула, по этому, дяде придется потерпеть.
-Положите его. - тихо попросила я.
Мой приказ выполнили.
-Вы свободны.
Два стражника так же молча ушли. Остались только я, Ину и едва живой, дядя Олар. Присела рядом с дядей, обняла его и заплакала, не силах выдержать эту боль. И вину, потому что, из-за меня его пленили, я тоже невольно стала участником этого ужаса. А если бы, Инари помогла мне? Если бы я просто ушла в тот мир, как собиралась сначала? Что было бы тогда? Не вернись я сегодня, он бы... он бы... умер?
Я понимала, так бы и случилось, и осознание этого, причиняло боль. А еще хуже, оттого, что дядя не ожидал меня здесь встретить, то есть, он с самого начала понимал, что его ждет, и готовился к смерти.
-Лисичка...ну ты чего - у брюнета не было сил, даже руку поднять, что бы привычным жестом погладить меня по голове. - Не плачь. - просил он, а у самого из глаз текли слезы.
-Дядя... - я хотела что-то сказать, но не могла выдавить из себя ни звука.
И только крепко обнимала ушастого, радуясь, что успела, что он - живой.