Все оказалось не столь траурно, но то, что порой приходилось и самому веником помахать, а после, в конце рабочего дня идти разбирать отчеты, съедало целую кучу времени. Правда благодаря спешке во время смены деятельности, да и территория охвата девятнадцатого офицера с его отрядом довольно приличная, у меня была прекрасная практика в сюнпо. А когда захотелось разнообразия, то еще и уцусеми.
За прошедший месяц я окончательно освоился с бумажной волокитой, и с легкостью передал дела. Да и что здесь могло быть трудного, если в двадцать первом веке, при моей прошлой жизни я только и работал, что с отчетами? Так что работу я выполнял даже лучше самого одиннадцатого офицера, что тот и признал, принимая у меня отчетность. Собственно, этот добрый человек, лет сорока на вид, оказавшийся представителем клана Касо, у которых обязательным условием является отслужить во втором отряде первые пятьдесят лет, да и вообще наука убийц в их клане процветает, набрался смелости пойти к Унохане, просить прикомандировать меня к нему в качестве помощника. И ведь в итоге получил согласие.
Помимо этого, месяц, проведенный в постоянном использовании сюнпо, не прошел даром, так что теперь, свой уровень владения этой техникой я оцениваю как 3-4 офицера, еще бы реацу довести до этого уровня и было бы вообще здорово, но мечтать, как говорится, не вредно.
Наиболее перспективно выглядело временное присоединение в качестве лекаря к одному из боевых отрядов, но как я уже говорил, это мне в ближайшее время не светит, до получения звания десятого офицера уж точно. А вот дальше, мало того, что подобным образом можно подняться в табеле рангов отряда, так еще постоянное использование кидо а возможно и вступление непосредственно в разборки с пустыми или квинси, должно неплохо поднять мой резерв духовной силы, а то о других способах его развития лучше и не думать вовсе, слишком грустно получается.
Через неделю я наконец закончил свою повинность в рядах отряда девятнадцатого офицера, и тепло распрощавшись с бывшими коллегами, отправился получать собственный отряд, прибывших с отдыха новичков, выпущенных месяц назад из академии. Когда я увидел состав группы, я был довольно удивлен, хотя сам же подобное и пророчил. Судьба вновь свела меня с одним из моих друзей, среди стажеров был Хизока.
Быстро получив на руки группу из восьми человек, отправился определять их в казарму, а после и закреплять полигон, где буду преподавать им теорию и показывать на практике техники лечения, да и некоторые барьеры, и другие кидо. Не было печали - сделали педагогом. Тут и всплыл у меня вопрос, который надо было задать более полутора лет назад - а как же тогда меня обучали? Но ответ оказался довольно банален, и отнюдь не потому, что я весь из себя такой. Просто из-за сдачи экзаменов экстерном, отнявшей у меня месяц, меня решили не делать частью уже сформированных групп, вот и вышел у меня такой веселый процесс обучения. Да еще и капитан поспособствовала, курируя меня лично.
К слову, поговорив на эту тему с лейтенантом Сейносуке, узнал, что с того момента, как Унохана-тайчо начала у меня питаться, меня уже пророчили в офицеры, правда как двадцатого, именно он отвечает за столовую. Эти гады даже тотализатор устроили! Нашли, блин, развлечение.
Если бы кто мне раньше сказал, что преподавая что-либо другим людям еще и самому можно развиваться, причем не в смысле педагогических талантов или тренировке начальственного рыка, я бы покрутил пальцем у виска, а вот, поди, ж ты, действительно развитие шло, хоть и медленней чем раньше. Каждый раз, показывая ту или иную технику, которая, начиная с сороковой, была не в текстовом виде, а скорее напоминала плетение, к тому же, для лучшего восприятия подопечными, формируя её медленно и филигранно точно, я увеличивал свой контроль в управлении реацу, и как не странно, после подобных занятий, сам стал формировать эти техники гораздо быстрее. Хорошую систему обучения придумали в четвертом отряде, мало того, что начинающих натаскиваешь, которые к слову чуть ли не в рот мне смотрели, прекрасно зная, что я сдал академию экстерном, да еще и, наслушавшись баек уже здесь, в отряде, так еще и сами учителя развиваются. В очередной раз восхищаюсь мудростью Уноханы.
Спустя семь месяцев, именно столько потребовалось моей группе, чтобы освоить все, что я им демонстрировал, я, наконец, смог их определить на практическую стажировку в госпиталь, где часть контроля над стажерами переходила на плечи одного моего старого знакомого. Так же мне запомнился наш с ним разговор на эту тему.