Последующий после памятного разговора год ничем особо не отличался от предыдущего полугодья. Наконец, закончив стажировку и уже собираясь пойти отмечать это дело с друзьями, которые в это же время закончили академию, и утешать Рангику, третий год не сумевшую докричаться до своего зампакто, я был жестоко обломан. У меня были назначены экзамены по переводу на должность офицера, по результатам, которых будет определен мой уровень. Несмотря на количество реацу, достигшую уровня слабенького седьмого офицера, я прекрасно понимал, что меня и восьмым то вряд ли сделают. Поэтому, уточнив лишь один момент, откуда появилось такое решение, да еще столь "вовремя", поскольку теперь у меня неделя отдыха вылетала в трубу, я узнал, что протекция на мое повышение была спущена со стола капитана нашего отряда. Нет, Унохана-сан точно на мне испытывает какую-то новую методику обучения.
В итоге, потеряв неделю так нужной мне передышки, я стал обладателем шеврона двенадцатого офицера на левой руке. Это конечно здорово, как и то, что меня не сделали двадцатым (он же последний офицерский чин) офицером, к примеру, но надо будет начать взбираться по карьерной лестнице. Правда, для этого придется потрудиться, да и выбить у Рецу-сан разрешение на присоединение к каким либо группам синигами, отправляющимся в мир живых либо на патрули, поскольку шанс продвинуться по службе в подобных ситуациях довольно велик, как и шанс сыграть в ящик, угодив в большую группу пустых с маленьким отрядом, но думаю со своими лисьими силами сбежать я смогу.
Несмотря на явное проявление внимания к моей скромной персоне капитаном нашего отряда, никаких негативных последствий мой карьерный рост не вызвал, мало того, что в четвертом отряде народ довольно мирный и дружелюбный обретается, так еще все прекрасно видели, как меня во время моей стажировки гоняли, так что желающих оказаться на моем месте не было, как и завистников. Вот сочувствующие были, но жить мне это не мешало.
Правда звание - это не только большие права и жалование, но и обязанности. Поэтому пришлось мне отвечать за мелкую документацию по новичкам, которую должен делать одиннадцатый офицер, но он именно сейчас ушел в отпуск. А вот мой отгул в итоге окончательно накрылся медным тазом. Правда уже через пару недель, как раз к новому пополнению отрядов из нынешних выпускников, я смогу отдать пост его владельцу и мне, скорее всего, припишут группу новичков. Ведь испортить им стажировку почти невозможно, а меня чин обязывает учиться командной работе, так что вполне стандартная тактика, даже не верится, неужели помимо еженедельных тренировок Унохана-сан больше ничего на меня не возложит?
В таком ключе и текли мои мысли, пока я прогуливался по парку, что произрастал на территории с первого по пятый отрядов. Не знаю почему, но в парке мои мысли текли более активно, и настроение тоже плавно поднималось, наверно это связанно с моей настоящей природой, но как только я это заметил, стал довольно частым гостем этого участка природы в Готее. Так что случайный прохожий вполне мог увидеть двенадцатого офицера четвертого отряда как спокойно гуляющего по парку, так и "спящего" под одним из деревьев.
К слову, помимо двенадцатого офицера четвертого отряда, здесь можно было найти и капитана восьмого отряда, который частенько убегал сюда от своего лейтенанта пропустить бутылочку другую саке. Собственно здесь мы с ним снова и встретились. Я мгновенно был узнан, как наиболее долго продержавшийся с ним собутыльник, остальные синигами видимо отрубались раньше. Вот и сегодня я вновь сидел в парке под деревом в компании Кьёраку-сана.
- Вот ик! Что за несправедливость? - В очередной раз жаловался мне на жизнь Шунсуй. В оправдание могу заметить, что мы оба уже были "в кондиции". - Все говорят, что капитан это почести и права! А на самом деле куча обязанностей, много бумажной волокиты, постоянно приходится отвечать за свой отряд, да еще, ик, это воспринимается как должное!