ПРОЛОГ
Бангкок, 1989
Бар "Золотой дракон". До боя — час.
"Feeling So Good Today" льется из динамиков, как патока — медленно и неотвратимо. В центре зала застыл Курт Слоан. Черная майка, серые брюки — униформа соблазна.
Музыка нарастает. Бедра оживают первыми — едва заметное покачивание, которое превращается в гипнотический круг. Руки тянутся вверх, сплетаются в замок. Верх тела замер, только бедра рисуют в воздухе восьмерки — древние, как сама страсть.
Прогиб назад — спина дугой, мышцы живота натянуты струной. Бар выдыхает. Коктейли забыты. Время останавливается.
Толчок бедром вправо — резкий, как удар хлыста. Пауза — мучительная секунда ожидания. Влево — и руки над головой оживают, пускают волну от плеч до кончиков пальцев. Священный танец жреца любви в исполнении американского кикбоксера — абсурд, который почему-то работает безотказно.
В углу — другая история
Камала Чайякорн изучает регламент предстоящего боя, делая пометки красной ручкой. Сорок лет, черный костюм — броня деловой женщины, волосы стянуты в тугой пучок — ни одного лишнего движения, ни намека на слабость. Через час история изменится — впервые женщина будет судить подпольный бой.
Ахает весь зал — Курт выгибается назад почти параллельно полу, бедра выстреливают вперед, руки раскинуты для баланса. Физика отдыхает. Гравитация сдается. Возвращение в вертикаль — одним текучим движением, как ртуть, стекающая вверх.
Взгляды встречаются через дымную завесу бара. В его глазах — приглашение на танец длиною в вечность. В ее — вежливый отказ с припиской "попробуйте в следующей жизни".
Документы снова захватывают ее внимание. Улыбка трогает губы Курта — вызов принят. Каждое следующее движение адресовано ей, только ей, хотя весь бар думает иначе.
Ринг. Час спустя
Седьмой раунд превращается в пытку.
Удары Тонг По жгут не как обычно — кожа дымится, шипит. Кислота разъедает плоть там, где перчатки касаются тела. Мелкие порезы — стеклянная крошка довершает садистский коктейль. Висок взрывается болью, кислота течет к глазам — еще немного, и занавес.
"СТОП!"
Женский голос — меч, разрубающий гордиев узел беззакония.
Камала поднимается — королева в деловом костюме. Шаг, другой — толпа расступается, как Красное море. К рингу подходит женщина, которая час назад игнорировала лучший танец Бангкока.
"Проверка перчаток" — приказ, не терпящий возражений.
Тонг По скалится: "Женщина не может..."
Запястье чемпиона оказывается в тисках ее пальцев. Перчатка поднесена к лицу — вдох, анализ. Бесстрастное лицо выдают только брови — они сходятся к переносице, как грозовые тучи.
"Серная кислота, разбавленная. Стеклянная крошка в смоле. Дисквалификация."
Хаос — зал ревет, как раненый зверь. Тонг По бросается на нее — кулак летит к женскому лицу. Курт — между ними, несмотря на кислотные ожоги. Удар — почти па из недавнего танца — и легенда муай-тай валяется на полу, считая звезды.
Победа техническим нокаутом достается танцору в черной майке. История подпольного бокса переписана женщиной, которая не впечатлилась танцем.
Продолжение следует...
Визуалы
Если картинки не отображаются, кликните, пожалуйста, в десктопную версию сайта на эту же страницу
[Голос за кадром — Николай из Новосибирска, смотрит пиратку в 1992]
Жена в пятый раз крутит кассету с "Кикбоксером". Ван Дамм на экране складывает вещи.
— Свет, он опять вещи складывает? — Он морально готовится! — Полчаса шорты в сумку кладет. Я на вахту быстрее собираюсь. — Коля, это художественный прием! — Художественный? Он три раза одни и те же шорты достал и обратно положил! — Он думает! — О чем можно думать, складывая трусы? "О, это мои счастливые трусы, в них меня только два раза вырубили"?