Ищет глазами.
Туристы. Бизнесмены. Семьи с детьми.
Ни одного высокого красивого американца.
«Конечно. Конечно их нет. Потому что это мой личный ад. Видеть, но не догнать».
Выходит из отеля. На улицу.
Бангкок встречает жарой и влажностью.
«Может, пойти куда-нибудь. Поискать. Найти».
«Бангкок огромный, Оля. Где искать? На каждом углу?»
Стоит перед отелем. Растерянная.
«Что мне делать? Как найти человека в чужом городе? В чужом времени? В чужом фильме?»
И тут — такси подъезжает.
Из такси выходит...
Курт.
И Эрик.
Оба живые. Здоровые. Улыбаются.
Идут к входу в отель.
Проходят мимо Ольги.
В полуметре.
Курт смотрит на нее. Вежливо кивает.
«Ma'am».
И проходит.
Не останавливается. Не узнает. Проходит мимо.
Ольга стоит.
Смотрит им вслед.
Они заходят в отель. Исчезают в дверях.
«Он прошел мимо. Посмотрел на меня. И прошел мимо».
«Как мимо столба. Как мимо декорации».
Садится прямо на ступеньки отеля.
«Для него я никто. Очередная тайка. Один из фона».
«А для меня он... он всё».
Опускает голову на колени.
«Я сошла с ума. Влюбилась в человека из фильма. Который не знает, что я существую».
«Это даже хуже, чем влюбиться в актера. Актер хоть реальный. А этот... этот персонаж. Вымышленный персонаж из боевика восьмидесятых».
«И я за ним бегаю. Как дурочка. День за днем. Сцена за сценой».
Поднимает голову.
Смотрит на вход в отель.
«А может... может хватит? Может, пора остановиться? Принять, что это безнадежно?»
«Он никогда меня не узнает. Потому что каждый день — перемотка. Каждый день он меня видит впервые».
«Это не "День сурка". Это хуже. Это "День сурка", где только я помню. А он — нет».
Встает. Отряхивается.
«Всё. Хватит. В следующий раз не включу телевизор. Останусь в Челябинске. Буду жить нормальной жизнью».
«Скучной, пустой, одинокой — но нормальной».
Идет по улице. Куда — не знает. Просто идет.
«Прощай, Курт. Было приятно сходить с ума из-за тебя».
И тут — вспышка.
«ЧТО ЕЩЕ?!»
Белый свет. Темнота.
«Я ЖЕ УЖЕ РЕШИЛА! Я УЖЕ ПРОСТИЛАСЬ! ДАЙТЕ МНЕ УЙТИ ПО-ЧЕЛОВЕЧЕСКИ!»
Новые звуки. Музыка.
Знакомая музыка.
«Feeling So Good Today».
Открывает глаза.
Бар «Золотой дракон».
В центре зала — Курт танцует.
Первое движение бедрами.
Ольга стоит у столика в углу.
Документы перед ней.
«Снова? Серьезно?! Снова начало?!»
Курт прогибается назад. Волна руками.
Идеально. Красиво. Гипнотически.
Ольга смотрит.
И понимает.
«Я не выберусь. Никогда. Я здесь навсегда».
«В бесконечном цикле. Смотреть, как он танцует. Спасать его брата. Искать его по декорациям. И начинать сначала».
«Это мой личный ад».
«Или рай?»
Курт танцует. Музыка играет.
И где-то в глубине души Ольга признается:
«Даже если это ад... даже если это безумие...»
«Хочу остаться».
«Еще один день. Еще одну попытку».
«Может, в следующий раз он меня заметит».
Музыка продолжается.
День сурка продолжается.
А Ольга Малышева, сорок лет, юрист из Челябинска, смотрит, как танцует мужчина ее мечты.
И улыбается.
Потому что безумие иногда лучше, чем реальность.
Особенно если в безумии есть Курт Слоан в черной майке.
ГЛАВА 8: КОШМАР БЕЗ ПРАВА НА ОШИБКУ
Темнота уходит.
Звуки врываются первыми — рев толпы, удары, стоны, звон колокола.
Потом — запах. Пот, кровь, дым, адреналин.
Ольга открывает глаза.
Ринг.
Она стоит у края ринга.
В центре — два бойца.
Один лежит на канатах. Американец. Светлые волосы залиты кровью. Лицо — месиво из синяков и порезов.
Эрик.
Второй стоит над ним. Огромный. Безжалостный. Косичка на затылке мокрая от пота.
Тонг По.
«Нет».
Ольга смотрит на свои руки. Темные. Камала.
Смотрит на ринг. На часы на стене.
«Седьмой раунд. Господи. Седьмой раунд».
Тот самый. Когда всё случается.
«Я опоздала. Я попала не в начало боя. Я попала в ЭТОТ раунд».
Тонг По замахивается. Бьет. Перчатка скользит по лицу Эрика.
Длинный порез. Глубокий. Кожа разрывается как бумага.
Кровь хлещет.
«О боже. Нет. Это не Курт. Это его брат. Эрик. Я должна была спасти Курта. Но я спасала не того!»
Паника холодной волной.
«Стоп. Стоп-стоп-стоп. Вспоминай, Оля. В фильме кого калечат? Эрика! Первый бой — Эрик против Тонг По! Курт дерется потом! В финале!»
«Значит, я должна спасти Эрика. Сейчас. Немедленно».
Тонг По бьет снова. В живот. В ребра. Методично. Жестоко.
Эрик сгибается. Падает на колени.
Толпа ревет. Требует крови.
У канатов — Курт. Молодой. Испуганный. Кричит что-то брату.
«Милый. Мой милый. Не смотри на это. Не надо».