День 76. Храм. Один на один с Буддой
Сижу перед золотой статуей.
«Будда. Дружище. Нам надо поговорить».
Будда улыбается. Молчит.
«Я не прошу многого. Правда. Просто верни меня к нему. К Курту. В ту комнату. Где он держал меня за руку».
Молчание.
«Или хотя бы в бар! В бар, где он смеялся над моими шутками! Я была смешная! Реально смешная! Он сказал — лучший вечер за много дней!»
Молчание.
«Будда, ты вообще слушаешь?! Или у вас тут, у золотых статуй, выходной?!»
Монах проходит мимо. Качает головой.
«Она опять».
Другой монах: «Каждый день приходит. Орёт на Будду. Потом плачет».
«Может, экзорциста вызвать?»
«Пробовали. Он сам убежал».
День 77. Пляж. Рассвет
Сижу на песке.
Волны накатывают. Откатывают. Накатывают. Откатывают.
«Знаете, что самое обидное?»
Волны не знают. Но слушают. Волны — хорошие слушатели.
«Самое обидное — что я почувствовала. Вот здесь. В груди. Когда он сказал "вместе". Когда взял за руку».
Волна накатывает. Мочит ноги.
«Это было... как будто солнце внутри зажглось. Как будто три года холода — и вдруг тепло. Понимаете?»
Волна откатывает. Забирает песок из-под пальцев.
«А потом — бац! — и я на рынке. С папайей в лицо. И никакого солнца. Только манго и отчаяние».
Рисую на песке сердечко.
Волна смывает.
Рисую снова.
Волна смывает.
«Вот так и моя жизнь. Рисую — смывает. Строю — рушится. Люблю — забывают».
День 78. Ночной клуб. Без Курта
Музыка орёт.
Люди танцуют.
Я сижу в углу с коктейлем.
«Три года назад я была замужем. У меня был муж. Дом. Рутина. Скучная, предсказуемая рутина».
Пью.
«Я думала — это тюрьма. Одно и то же каждый день. Работа-дом-работа. Никаких сюрпризов. Никакой страсти».
Пью ещё.
«А теперь? Теперь у меня сюрпризы каждый день! Страсть! Приключения! И знаете что?!»
Допиваю.
«Я ХОЧУ ОБРАТНО В ТЮРЬМУ! Хочу скуку! Хочу предсказуемость! Хочу знать, где проснусь завтра!»
Бармен смотрит с сочувствием.
«Ещё один?»
«Ещё три. И орешки. Солёные. Заесть экзистенциальный кризис».
День 79. Уличное кафе. Одна
Пью кофе.
Смотрю на людей.
Парочка напротив держится за руки. Смеются. Целуются.
«Ненавижу счастливых людей. Ходят тут. Счастливые. Влюблённые. Рожи довольные».
Парочка целуется дольше.
«Эй! Эй вы! Снимите номер! Тут люди кофе пьют! Одинокие, несчастные люди!»
Они не слышат. Заняты друг другом.
«Конечно. Конечно не слышат. Я же невидимка. Тень. Декорация».
Допиваю кофе.
Ухожу.
«Семьдесят девятый день. Неделя без него. Чувствую себя ужасно».
День 80. Рынок. Да, опять
«Привет, манго. Привет, папайя. Привет, моя депрессия».
Турист подходит: «Excuse me...»
«Знаешь что? Садись. Расскажу тебе историю. Про женщину, которая влюбилась в человека из фильма. И застряла в этом фильме. И потеряла его. Хочешь послушать?»
Турист бледнеет.
«I just wanted to know where the bathroom is».
«Батрум?! ТЫ ХОЧЕШЬ ЗНАТЬ, ГДЕ БАТРУМ?! А Я ХОЧУ ЗНАТЬ, ГДЕ МОЯ ЖИЗНЬ! ГДЕ МОЯ ЛЮБОВЬ! ГДЕ МОЙ КУРТ!»
Турист убегает.
Не в ту сторону, кстати.
«БАТРУМ ЗЕРЕ!» — кричу вслед. — «И СЧАСТЬЕ ТОЖЕ ЗЕРЕ! ТОЛЬКО Я ЕГО НЕ НАШЛА!»
День 81. Гостиница. Его номер. Пустой
Стою в дверях.
Кровати заправлены.
Никого.
«Вот здесь он спал. Вот здесь сидел. Вот здесь держал меня за руку».
Подхожу к кровати. Сажусь.
«Вот здесь он сказал "давай вместе". Вот здесь я поверила, что всё изменится».
Ложусь.
Утыкаюсь лицом в подушку.
«Пахнет. Ещё пахнет им. Или мне кажется?»
Нюхаю подушку.
«Нет, это кондиционер для белья. Лаванда. Проклятая лаванда».
День 82. Тренировочный зал. С Зеном
«Зен! Зен, ты здесь!»
Старик оборачивается.
«Камала? Что ты тут делаешь?»
«Ищу! Ищу его! Курта! Он тренируется с тобой! Где он?!»
Зен хмурится.
«Курт? Какой Курт? Я никого не тренирую».
«Как — никого?! Американец! Высокий! Красивый! Хочет отомстить за брата!»
«Не знаю такого».
«НО ОН ЖЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ ЗДЕСЬ! В ЭТОЙ СЦЕНЕ ОН ТРЕНИРУЕТСЯ С ТОБОЙ!»
Зен пятится.
«Камала, ты не в себе. Может, врача?»
«Мне не нужен врач! Мне нужен Курт! Верни мне Курта!»
«Я не могу вернуть того, кого не знаю».
Сажусь на пол. Реву.
«Он был. Клянусь. Он был. Реальный. Настоящий. Он держал меня за руку».
Зен садится рядом.
«Камала. Послушай старика. Иногда мы так сильно хотим чего-то, что начинаем это видеть. Даже когда этого нет».