– Что значит – зачем?! Это свадьба! СВАДЬБА! Один раз в жизни! Ну, у некоторых больше, но всё равно!
– Нет, я имею в виду – зачем тебе ТО, что ты знаешь? Мы же создаём новую сцену. Оригинальную. Может, платье тоже должно быть оригинальным?
Смотрю на него.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты – русская. Камала – тайка. Свадьба – в боевике. Может, платье должно быть... смесью? Всего этого?
– Смесью?
– Тайские ткани. Русский крой. Элементы боевика.
– Элементы боевика?!
– Ну, не знаю... боксёрские перчатки вместо букета?
Молчу.
Думаю.
И вдруг – смеюсь.
– Энрике. Ты – гений.
– Я?
– Да. Пойдём. Знаю, что делать.
Три часа спустя. Швейная мастерская тёти Ной. Рождение монстра
– Ты уверена?
– Уверена.
– Это будет... странно.
– Я знаю. В этом смысл.
Тётя Ной смотрит на мой эскиз.
На листке бумаги – платье.
Белое – но с золотыми тайскими узорами.
Длинное – но с разрезом для удобства движений.
Традиционное – но с поясом для метательных ножей.
Да. Пояс для метательных ножей. На свадебном платье.
– Зачем пояс для ножей?! – спрашивает тётя Ной.
– Декорация. И на всякий случай.
– Какой случай?!
– Мы в боевике. Тут всё может случиться.
Она качает головой.
– Ты – самая странная невеста, которую я видела.
– Спасибо. Я стараюсь.
День 126. Проблема номер два: кто будет священником?
– Я могу, – говорит Хироши.
– Ты?!
– Я был монахом. В молодости. Три года в монастыре.
– Буддийским монахом?
– Да.
– Но... но мы же не буддисты! Я – православная! Ну, была когда-то. В детстве. На Пасху яйца красила.
– И?
– Как буддийский монах может нас поженить?!
– Камала – буддистка. Технически – ты выходишь замуж в её теле. Значит – буддийская церемония подходит.
– А Курт?!
– Курт – американец. В Америке признают любые браки. Даже с дельфинами.
– С дельфинами?!
– Шучу. Но церемония будет законной. В этом мире.
Молчу.
Думаю.
– Ладно. Буддийская свадьба. Почему нет? Всё равно уже ничего нормального не осталось.
День 126. Вечер. Проблема номер три: гости
– У нас нет гостей, – говорю.
– Есть, – отвечает Курт. – Мы. Семеро.
– Семеро – это не свадьба. Это посиделки.
– Тогда пригласим больше.
– Кого?! Персонажей фильма?! Они – NPC! Статисты!
– А если... – Мария поднимает руку. – А если пригласить застрявших из других фильмов?
Молчание.
– Что? – спрашиваю.
– Ты видела в трещине. Экраны. Миллионы миров. Миллионы застрявших. Может, можем связаться с ними?
– Как?!
– Через трещину. Если Энрике смог её открыть песней – может, сможем открыть снова?
Смотрю на Энрике.
Он пожимает плечами.
– Могу попробовать. Но это... это больно. И опасно.
– Насколько опасно?
– В прошлый раз я чуть не застрял там. В пустоте. Между мирами.
– Но не застрял же?
– Нет. Но ощущения – не из приятных.
Молчу.
Думаю.
– Сделай это. Пожалуйста.
Он вздыхает.
– Ладно. Но если умру – на моих похоронах играйте мексиканские песни.
– Договорились.
День 127. Ночь. Ритуал связи. Самое странное, что я видела (а я видела МНОГО)
Студия.
Свечи. Сотни свечей. Расставлены по полу в форме круга.
В центре – Энрике.
Сидит. Скрестив ноги. Глаза закрыты.
Мы – вокруг. Держимся за руки.
– Готовы? – спрашивает он.
– Нет, – честно отвечаю.
– Отлично. Начинаем.
Он начинает петь.
Ту же колыбельную. На испанском.
«Duérmete mi niño...»
Пол начинает дрожать.
Свечи мигают.
«Duérmete mi amor...»
Трещина появляется в воздухе.
Не на потолке. В ВОЗДУХЕ. Чёрная линия, которая растёт.
«Duérmete pedazo de mi corazón...»
Трещина расширяется.
Из неё начинает литься свет.
Разноцветный. Мерцающий.
И голоса.
Сотни голосов.
– Кто там?!
– Что происходит?!
– Помогите!
– Где я?!
– ТИШЕ! – кричу. – ТИШЕ! ЭТО НЕ ЛОВУШКА! МЫ – ТАКИЕ ЖЕ! ЗАСТРЯВШИЕ!
Голоса затихают.
– Кто вы? – спрашивает один. Женский. С японским акцентом.
– Меня зовут Ольга. Я из «Кикбоксёра». Мы нашли способ выбраться. Но нам нужна помощь.
– Какая помощь?
– Нам нужны гости. На свадьбу. Чем больше людей – чем больше энергии – тем сильнее трещина.
Молчание.
Потом – смех.
– Свадьба?! Ты серьёзно?!
– Абсолютно.
– В фильме?!
– Да.
– Это... это самое безумное, что я слышала.
– Добро пожаловать в мою жизнь.
Пауза.
– Как нам прийти?
– Через трещину. Когда будем готовы – откроем её снова. Шире. Достаточно, чтобы пройти.
– Когда?
– Через три дня. Приготовьтесь.
– Сколько нас может прийти?
– Сколько угодно. Чем больше – тем лучше.