«Танцует. Он опять танцует. Только партнер подкачал — вместо стройной дамы качок с косичкой размером с холодильник».
Тонг По размахивает кулаками. Курт уворачивается.
«Уворачивайся, милый. Береги это совершенное лицо. Нос на месте держи. Скулы не ломай. Мне потом на всю эту красоту любоваться, не порти мне удовольствие».
Минута проходит. Другая. Всё чисто.
«Ну же, Тонг По. Сделай гадость какую-нибудь. Укуси его. Ударь по яйцам. Дерни за волосы. Я знаю, ты хочешь. Жулики всегда хотят схитрить. Давай, порадуй меня».
Но нет. Пока всё по правилам.
Колокол объявляет конец раунда.
Курт идет в угол. Эрик льет на него воду из бутылки.
Вода течет по шее, по плечам, по груди...
«Боже правый. Мокрый Ван Дамм. Это же классика эротического кино. Только я не в кино, я здесь, в двух метрах. Дыши, Оля. Носом вдох, ртом выдох. Судья не должна терять сознание от мокрого торса».
Раунд второй. Терпение — моя сильная сторона (нет)
Колокол снова раздирает тишину.
Курт поднимается. Волосы мокрые, прилипли ко лбу.
«Хочу убрать эту прядку. Провести пальцами по волосам. Прижать его голову к своей груди и сказать: "Не дерись, милый, пойдем домой, я тебе борща сварю". Хотя борща в Бангкоке днем с огнем не найдешь. Ладно, том-ям сварю. Или что там у них едят?»
Начинается второй раунд.
Тонг По становится агрессивнее. Бьет сильнее, злее.
Курт держится, но уже не так легко.
«Держись, красавчик мой. Ты сильный. Умный. У тебя мозги работают, в отличие от косички напротив. У того вместо мозга, наверное, опилки. Или кокосовая стружка».
Тонг По бьет локтем.
Резко. Сильно.
«О! Локоть! Это... можно?»
Лезу в память Камалы.
«Муай-тай. Локти разрешены. Колени разрешены. Всё разрешено, кроме укусов и паха».
«Прекрасно. Просто замечательно. Единственные два запрета во всем этом безумии — не кусаться и не бить по яйцам. Остальное — пожалуйста, развлекайтесь, господа».
Курт получает удар в ребра. Лицо искажается.
«Милый! Больно?! Ой, конечно больно, что за вопрос. Ребра же. Там кости. Они хрустят неприятно».
Хочу подбежать, обнять, пожалеть.
Ноги не идут. Тело Камалы знает: судья не бегает обнимать бойцов. Даже если очень хочется.
«Потерпи чуть-чуть. Как только этот парикмахерский шедевр нарушит правила — я его выгоню отсюда так быстро, что косичка не успеет развеяться по ветру».
Тонг По наваливается. Бьет серией. Раз, два, три, четыре.
Методично. Как молотком по гвоздю.
«Ну давай же! Увлекись! Сделай что-то запрещенное! У тебя же написано на лице "я жулик"! Жульничай уже, в конце концов!»
Колокол спасает Курта.
Второй раунд закончен.
Курт тяжело дышит в углу. Эрик массирует ему плечи, что-то быстро говорит.
«Держись, красавчик. Еще пять раундов. Всего пять. Это как пять походов к стоматологу — неприятно, больно, но конечное. Переживешь».
Раунд третий. Косичка-попрыгунчик
Третий раунд стартует.
Дерутся. Жестко. Зрелищно.
И вдруг я замечаю деталь: косичка Тонг По живет своей жизнью.
При каждом его движении она подпрыгивает. Скачет туда-сюда, как заяц на пружинке.
«Она же танцует! Косичка танцует! Может, это секретное оружие? Гипнотизирует противников? "Смотри на косичку, смотри... и получай в морду!"»
Тонг По замахивается ногой.
Нога толщиной с мое бедро. Или даже обе мои бедра вместе взятые.
«У него ноги как столбы от забора. Интересно, он в детстве много молока пил? Или сразу родился с бревнами вместо конечностей?»
Курт пытается блокировать.
Удар все равно проходит. Частично, но проходит.
«Как вообще можно блокировать бревно? Это противоречит законам физики. И здравого смысла».
Обмениваются ударами дальше.
Я слежу. Внимательно. Как ястреб за мышкой.
«Вот-вот сейчас. Сейчас он обязательно нарушит. Обязательно. У него же лицо нечестного человека. Даже косичка выглядит подозрительно».
Тонг По бьет кулаком в лицо Курта.
Прямое попадание.
«Ай! Лицо! Драгоценное лицо! Аккуратнее, косичка несчастная! Это лицо стоит больше, чем весь твой годовой бюджет на заплетание волос!»
Курт качается, но не падает.
«Стойкий. Сильный. Красивый. И стойкий. Я уже говорила "красивый"? Повторюсь. Очень красивый».
Колокол. Треть пути пройдена.
«Четыре раунда впереди. Держись, Оля. Скоро этот носитель сомнительной прически точно облажается. Почти уверена. Процентов на семьдесят. Ладно, на пятьдесят. Или сорок. Господи, пусть хоть что-нибудь нарушит!»
Раунд четвертый. Начинаю нервничать
Четвертый раунд.