Весь день Джинни проведет в маленькой комнате, проклиная одного немощного старого домовика.
Следующая дверь — дверь Рона. Этот предатель крови хозяину не друг. Ему подавай горы золота и особняки. Кикимер таких не любит, Кикимеру от таких фонит нехорошей магией, от которой эльфу плохо. Ещё и от тычков приходится уворачиваться. Рон, как и его младшая сестра, не считает Кикимера достойным уважения.
Для него Кикимер добавил в чай немного сон-травы и рыгательный порошок, чтобы потом трава легче выветрилась... Маглу такое давать опасно, магу — лишь нервы пощекочет и дезориентирует. Пусть столкнётся со своими мечтами и их не самыми приятными последствиями. Может, в мозгу что-то щёлкнет. Хозяин Гарри всё-таки к нему очень привязан. Ну а если не сделает выводы, Кикимер выкинет его за шкирку или сохранит для ритуала.
Недостойный сын госпожи Вальбурги — далее. Получает свою тарелку и ест из одной миски с гиппогрифом. Кикимер морщится. Если бы госпожа была жива, она бы отхлестала розгами обоих за потерю чести и достоинства. И никакой гиппогриф бы не посмел обидеться и лапами махать: характер у хозяюшки покойной — о-го-го. Её не то что гиппогрифы — драконы боялись. Вот было дело: в первые годы замужества за Орионом молодая и красивая Вальбурга часто ездила в драконьи заповедники. Нравилось ей там. Драконы — звери большие, красивые, дорогие и шибко несговорчивые. Не каждый сможет позволить себе такую зверушку.
Кикимер хихикает, вспоминая, как покойная госпожа привела в особняк древнейшего и благороднейшего рода Блэков детёныша венгерской хвостороги и та гонялась за Орионом, пыхая тому на бороду и контракты. Вальбурга тогда страшно веселилась, лорд Блэк злился, тлел бородой, но терпел, потому что жену любил, да и в доме стало поспокойней — вся кипучая энергия дражайшей супруги уходила на воспитание дракона, признанного драконологами самым агрессивным видом. Но где Блэки и где — правила и условности? Не зря же род благороднейший и темнейший: положение обязывает чудачить.
Правда, Блэки никогда не позволяли себе терять достоинство, в отличие от блохастого сына покойной госпожи. Кикимер вздохнул и начал спускаться по лестнице, шаркая, как самый настоящий старик. Кикимеру нравился этот звук, а ещё ему нравились его пушистые розовые тапочки, подаренные Видящей. Большую часть времени он делал их невидимыми, чтобы никто не догадался о его слабости. Эти штуки приятно грели ноги. Кикимер чувствовал себя живым.
А вот и портрет любимой хозяюшки. Надо бы пошалить. Кикимер хихикает, щёлкает пальцами — и у дражайшей бывшей хозяюшки Вальбурги отрастают роскошные усы щёточкой. А старый эльф, по-прежнему шаркая по начищенному паркету розовыми тапочками, возвращается на кухню — чистить картошку и слушать радиопередачу. Там какие-то маглы рассказывают о планах захвата, перехвата и росте цен на продукты.
Кстати, о продуктах. Время пополнять запасы овощей. Он как раз присмотрел в одной лавке в Лисьем переулке новый сорт русской картошки. Интересно, если картошка русская, то вкус у неё какой?
Он обязательно выберет себе парочку клубней из запасов для семьи, почистит и похрустит. Варить не будет. Надо же оценить эту хрусткость, этот земляной вкус и почувствовать крахмал на зубах. Надо прочувствовать.
А потом можно будет выпить ещё одну чашечку кофе.
Конец