— Тогда отправляйся в деревню и разузнай все. — подмигнула подруге. — Я же буду дежурить у пруда.
Тишка квакнула и собралась уже уплыть, но резко остановилась, задумавшись.
— Ты не ква-а-адумывалась, почему хранитель не дал тебе ква-а-агии?
Я пожала плечами, стараясь выглядеть безразличной. Причину своего невезения я знала, но говорить об этом подруге, точно не собиралась. Узнай Тишка правду, будет во всех моих неудачах винить себя. Мне же этого совершенно не хотелось. Ведь решения приняла я и только мне нести за это ответственность.
— Хорошо, — проквакала жаба. — Жди вечером.
— Удачи.
Я улеглась на кровать из тех же водорослей, что и дверь. Мама расстаралась для своей любимой дочки. Моя комната была одной из лучших и все благодаря дару родительницы. Голова разрывалась от мыслей. Слишком многое произошло за эти несколько часов и это все предстояло хорошенько обдумать. К тому что во мне не обнаружится магия, я была готова заранее. Но крохотная крупица надежды, все-таки жила во мне. Я надеялась, что хранитель смилуется надо мной, но этого не произошло. Больше меня поразило время моей свободы. Час. Что можно успеть за час в сутки? Та же Ариэла может неделями не появляться в родном пруду и не терять человеческий облик.
— Не вини меня во всем. — раздался голос в моей голове.
Я вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.
— Я просто не понимаю, почему всего лишь час? — так же мысленно спросила я, прикрывая глаза.
— Тебе хватит этого времени, чтобы понять, кто есть кто. — отозвался хранитель.
— Но этого очень мало.
Да, я пыталась выторговать себе свободу и была готова на все. Нытье или угрозы — без разницы.
— Ты меня не переубедишь. — усмехнулся голос. — Все еще не жалеешь о своем выборе?
Хранитель обрушил на меня воспоминания. Кадры из прошлого мелькали одна за другой. По телу пробежали мурашки. Я старалась открыть глаза, чтобы видения закончились, но у меня не получалось.
— Хватит. — прокричала я.
— Освежи в памяти. Ты многое забыла из того дня. — настаивал хранитель.
— Я хочу все забыть, — мотала головой из стороны в сторону, а из глаз текли слезы.
— Твое право. — донесся до меня разочарованный голос.
Все видения прекратились.
— Ты вновь сделала свой выбор.
— Прошу, — взмолилась я. — Хватит меня мучать.
— Как скажешь, дитя.
И все затихло. Только внутри разлилось чувство пустоты.
Глава 4
Я не могла отвести взгляд от парня. Светлые кудри были взлохмачены, лицо сейчас было сосредоточено, а глаза гипнотизировали водную гладь. Он пытался поймать рыбку, только та никак не хотела ловиться. Мне даже пришлось побороть в себе жгучее желание помочь Ване, но обитатели пруда мне были как родные.
Неделя подходила к концу, и я должна была как можно больше узнать о любимом, чтобы в подробностях рассказать Валдису. Друг же обещал мне помочь с завоеванием сердца Вани.
— Лишка, — квакнула рядом подруга. — Прекрати смотреть влюбленными глазами. Раздражаешь.
— Может и тебе стоит подыскать принца, и его поцелуй тебя расколдует? — улыбнулась я подруге. Ее реакция на такие предложения была бесподобна.
— Ква, — сердито буркнула она. — Если хоть одна особь мужского пола притронется ко мне своими губами, я просуну ему в рот свой скользкий язык и скручу гланды в узелок.
— Эх, Тишка, — притворно вздохнула. — А вдруг ты так свою судьбу проквакаешь?
— Лучше я с Валдисом буду жить бок о бок, чем разрешу себя облизывать.
На ее мордочке отразилась брезгливость. Я не удержалась и расхохоталась во весь голос, чем привлекла к себе внимание парня с удочкой.
— Кто здесь? — спросил Ваня, ища взглядом источник шума.
Хорошо, что мой наблюдательный пункт скрывался за густыми кустами, которые росли на самом берегу обрыва так, что некоторые ветки, словно лежали на воде. Но мысль, что меня могут рассекретить, все равно мелькнула в голове. Напугать любимого своим видом в мои планы не входило.
— Уплываем, — тихо шепнула подруге и погрузилась под воду.
Мы плыли ко мне в комнату и молчали. Хотя я нутром чуяла, что подругу так и подмывает надо мной поиздеваться. И я была права.
— У тебя был ква-а-анс поцеловать бедолагу, а ты решила сбежать. Глупая кикимора. Сейчас бы нежилась в его объятиях.