— Спарки Рэйнкинг, мой дед. Что ты сделал со Спарки Рэйнкингом?
— Я ничего с ним не делал. Я никогда не встречал Спарки Рэйнкинга. Я не хочу с ним встречаться. Похоже, знакомство со Спарки — штука опасная.
Она молча кипела от злости ещё мгновение. Снова оглядела амбар, потом смерила меня взглядом сверху вниз.
— Где твой костюм?
— У меня нет костюма.
— Тогда ты не из них?
— Они же помешаны на костюмах. Как я могу быть из них, если у меня нет костюма? Ты ведь знаешь, кто они такие, да?
— О да. Да, я знаю, кто они. Нацистские зомби из Агентства внутренней безопасности.
Вдруг встревожившись, она сказала:
— О, чёрт. Я теперь вспомнила. Их будет больше.
Она отвернулась от меня и побежала туда, где раньше была дверь амбара.
Я поспешил за ней.
— Куда ты?
— Кажется, я знаю, куда они дели дедушку Спарки.
| 6 |
За полчаса до заката косой оранжевый свет позолотил прерийную траву, вытянул по земле длинные тени и превратил бывшее ковбойское ранчо для туристов из простой груды развалин в зловещую композицию форм — словно полуповаленные мегалиты, воздвигнутые тысячи лет назад для поклонения жестоким богам.
За амбаром стояли два автомобиля: новый чёрный Suburban со служебными номерами и тёмно-синий Buick цвета полуночи — старше моей Toyota.
— Они пришли пешком, подкрались к нам, а потом пригнали сюда Suburban. Мы слишком поверили, что нас не найдут.
Внучка Спарки Рэйнкинга подняла крышку багажника Buick. Внутри, в тесноте, лежал мужчина лет шестидесяти с лишним — запястья и щиколотки стянуты пластиковыми стяжками, руки притянуты к ногам связкой.
— Бриджет! — воскликнул он. — От всего этого грохота и стрельбы я подумал, что ты погибла. Я так рад, что ты не погибла.
— Я тоже, — сказала она.
Я ножничками разрезал стяжки — так же, как разрезал у неё. У него затекли мышцы. Из багажника без помощи он бы не выбрался.
— А тебя как зовут, молодой человек? — спросил он.
— Куинн Киксильвер.
— Непростое имечко, правда? — особенно для Порки Пига. Рад познакомиться, Куинн.
— Взаимно, мистер Рэйнкинг.
— Зови меня Спарки. Это от древнеанглийского spearca — «побуждать и приводить в движение». Я стараюсь соответствовать. Кого подстрелили?
— Никого, — сказал я. — Эти типы из ISA стреляли в меня, но промахнулись.
Бриджет сказала:
— Он их задавил своей Toyota. Купе — представьте себе.
Спарки Рэйнкинг ходил туда-сюда, разминал плечи, растягивался.
— Куинн, если ты собираешься давить людей на постоянной основе, тебе бы вложиться в машину побольше и покрепче.
Никогда не имея собственного дедушки, я не изучал этот биологический вид, но Спарки явно не был дедушкой из стандартной комплектации. Да, морщинистое лицо, как и ожидаешь; складки у внешних уголков глаз; белые волосы; густые белые усы — прям как у моржа. Но одна мелочь намекала, что передо мной экземпляр из ряда вон: на каждой из его немаленьких мочек уха была татуировка — крошечный ухмыляющийся череп.
Щуря стальные серые глаза, он оглядывал ранчо, пока вокруг сгущались сумерки.
— Мы благодарны за твои подвиги в стиле Брюса Уиллиса, Куинн. Но как ты вообще здесь оказался?
— Я из Финикса. Я штатный автор в журнале Arizona!.
Он по-прежнему щурился одним глазом, а другая бровь была приподнята; выражение лица ясно говорило: он понимает, что я увильнул от ответа.
— Серьёзно? Ты пишешь про эту дыру?
— Нет, сэр. Я приехал сюда потому что…
— Потому что?
Я пожал плечами.
— Просто так.
— Просто так — потому что что? — не отставал он.
— Вы бы мне не поверили, если бы я сказал.
— Я простой, доверчивый, легковерный старик. Попробуй.
— Магнетизм, — сказал я.
Спарки посмотрел на Бриджет.
Я тоже посмотрел на Бриджет. Теперь, когда в меня никто не стрелял и мне не приходилось никого давить, я словно увидел её впервые. Она была красивой, но даже лучше — она была милой. Раньше, когда я видел что-то настолько милое, что внутри у меня всё размягчалось и таяло, у этого обычно была шерсть. У Бриджет шерсти не было, но я чувствовал себя так, будто я — зефирина на палочке, которую держат над костром.
После того как она с дедушкой обменялась значительными взглядами и они в унисон сказали: «Магнетизм», Бриджет глянула на меня. По тому, как она закатила глаза и с раздражением вздохнула, было понятно: в данный момент она отлично видит, что до смора мне не хватает ещё двух ингредиентов.