Решив, что лучше придерживаться исключительно делового разговора, я сказал:
— Ваши колонки старше меня. Как они работают? В смысле, как платить и всё такое? Я хочу заплатить наличными.
— Это тайна, — сказал он, — но мы можем разгадать её вместе. Я включу колонку номер один отсюда, из-за прилавка. А вы выйдете и покрутите рукоятку, пока счётчик не покажет одни нули. Потом заправляйтесь, сколько нужно, и возвращайтесь сюда — заплатить мне столько, сколько покажет счётчик.
— Просто в Финиксе вы вставляете кредитку или дебетовую прямо в колонку.
— Финикс, — сказал он, — место великих чудес.
— А разве не бывает так, что кто-то заправится и уедет, даже не зайдя сюда расплатиться?
— Один такой нарушитель сделал именно так в 1996 году, — сказал Джон Кеннеди Чинг, — но мы выследили его до Кливленда, штат Огайо, и спалили его дом дотла.
Я рассмеялся и кивнул.
— Ладно-ладно, вы меня разыгрываете.
Он шагнул за прилавок, чтобы активировать колонку номер один.
— Вы первым меня разыграли, Барт Симпсон. Но если у вас не отличная страховка жилья, то лучше вам вернуться и заплатить.
— Я понимаю, звучит невероятно, но меня действительно зовут Барт Симпсон. Мой крест. И… можно ключи от мужского и женского туалета?
— Вы не похожи на юношу, который сомневается в своём гендере, — сказал Чинг, передавая мне ключи. — Надеюсь, я познакомлюсь с дамой, которая путешествует с вами. Она, должно быть, очень интересная.
К этому моменту я уже должен был догадаться, что день будет «с Чингом» — с большими выкрутасами, чем у плетёных гирлянд из сушёного красного перца, которыми торговали в его магазине.
Снаружи, где Уинстон напился воды и деловито писал на сухую траву за парковкой, я отдал один ключ Бриджет и один — Спарки.
— Так. Я сказал мистеру Чингу, что меня зовут Барт Симпсон, так что осторожнее: не называйте меня Куинном, ладно?
— Барт Симпсон? — сказал Спарки, глядя на меня с мучительным недоверием.
— Это первое, что пришло мне в голову.
— Тут правда есть какой-то мистер Чинг? — спросила Бриджет. — Я думала, это, наверное, индейское слово и означает «край света».
— Мистер Чинг считает, что ты должна быть очень интересной.
— С чего бы он так решил?
— Я произвёл на него сильное впечатление.
Спарки фыркнул, забрал у меня ключи от Explorer и направился к мужскому туалету.
— И ещё, — сказал я. Они обернулись. — Он думает, что мы были в Уинкелвилле и смотрели недвижимость для покупки.
— Тут правда есть Уинкелвилл? — спросила Бриджет.
— Примерно в четырёх милях отсюда: в двух милях к востоку от Салфер-Флэтса и в трёх милях к югу от «Гнезда Стервятника».
— Если им когда-нибудь вздумается построить аризонский Диснейленд, — сказала она, — то не в этой части штата.
Приказав Уинстону сидеть и ждать, я подъехал на Explorer к колонке номер один. Скрутил со счётчика цифры после предыдущей продажи, залил полный бак и снова припарковался у магазина.
В мужском туалете Спарки уже закончил свои дела и изучал в зеркале своё лицо.
— Красавчик, а? — сказал я.
— Как это я умудрился так состариться?
— Ты не умер.
— Я над этим работаю, — сказал он и вышел наружу.
Мне тут же стало стыдно за легкомыслие: я вспомнил предсказание Бриджет — что не все из нас переживут то, что может ждать впереди.
Через несколько минут, освежившись, я увидел, что трое моих спутников ждут меня в тени зелёного навеса с волнистым краем у входа в магазин. Над асфальтом шоссе извивались змеи жара.
— Мы умираем с голоду, — сказал Спарки. — А на вывеске на крыше написано «свежие сэндвичи».
— И ещё там написано, что воспитанные собаки приветствуются, — сказала Бриджет. — Думаю, у них и для собак что-нибудь есть. Нам нужен поводок.