Эта командировка сразу не задалась, потому что модельеры ещё в Союзе отказались от выданной валюты. Доллары им всё таки выдали, но по самому минимуму, так что тратить было особенно нечего. Вначале была мысль попросить денег у Свешниковой (по слухам они у неё водились), но решила подождать и не прогадала. Дуры с министерств первые потребовали их, та сразу послала их подальше, так и заявила — Сами зарабатывайте, хоть на панеле! Не прошло и нескольких дней, как их всех отправили домой, сколько бы они не упрашивали своё начальство. Американцы отказались их содержать, они же не съёмочная группа, а непонятный балласт, на хрен никому не нужный. Радова, на зависть всем остальным осталась, чему была несказанно рада. А что, город здесь курортный, каждое воскресенье можно выбираться на пляж, опять же трехразовое питание и бесплатный номер в отеле. Он конечно не пятизвездочный, но всё равно хорошо, сервис гораздо лучше чем у многих гостиниц Союза. Опять же копится зарплата, а с ними командировочные по пять рублей, в итоге вместе с премией получится целая тысяча! Жаль с вещами пролетела, надо было брать побольше икры, но эти пять банок она и так еле за год скопила. Постепенно продала всё, даже свой комсомольский значок, на вырученные деньги купила джинсы, колготки и кассетный магнитофон, за астрономические сто пятьдесят баксов!
— Повезло вам, не то что мне, сколько на этот раз напокупали? — спросила бывших коллег по отделу Радова.
— Да мы не считали, отправляли домой в Лондоне, Вене и Нью-Йорке, один раз пришлось заказать целый контейнер, техника же габаритная, — похвасталась Люба Никитина.
От услышанного Ирине захотелось плакать, почему одним всё, а другим ничего, это же несправедливо.
— Да не реви ты, на тебя есть небольшой лимит, я Лёд с утра попросила, — успокаивающе похлопала её по руке Трушева.
Что за лимит такой, она не пояснила, а Радова побоялась спрашивать, вдруг ещё передумает. То что он есть, она убедилась в отеле, который был пятизвездочным! В таком она никогда не была, разве что дожидалась в фойе Свешникову, на которой американцы не экономили. Дальше начались настоящие чудеса: аттракционы, магическое шоу и цирковые представления, щедро разбавленные шопингом и обедами в дорогих ресторанах. После косметического салона, о котором она только слышала, девушка почувствовала себя в настоящем раю, до того ей всё в нём понравилось.
— Ты Ирка держись нас, тогда точно не пропадешь, в Комитете мы за тебя замолвим словечко, — приговорив пару бутылок текилы, пообещали коллеги.
Багажа, она даже сама не заметила, набралось аж целых три чемодана, и это ещё не считая коробок с аудиотехникой. Ровно через неделю, Радова с сослуживцами возвращались назад, сказка к сожалению кончилась.
— Не забудь, всё это время ты была с Верой Петровной на студии, так потом в отчете напишешь, — прощаясь предупредила её Трушева.
Глава 19
Сегодняшний день выдался напряженным, одно только совещание по поводу Вьетнама чего стоило, не говоря уже обо всём остальном. Комиссия Партконтроля тоже много чего нарыла, двенадцать человек было арестовано, ещё почти тридцать сидело по подписке о невыезде. В основном конечно мелочь, типа финансовых нарушений, но и парочка завербованных шпионов нашлась, сейчас с ними работали следователи комитета.
Поставив свою подпись на запросе о дополнительном снаряжении для отдела специальных операций (не так давно разработанных Лёд и Свешниковой), Итон закрыл папку «На подпись». Потянулся за следующей, в ней были собраны различные рапорты и докладные, некоторые из них шли анонимно, без подписи.
— Нда, — задумчиво произнес зам главы КГБ, убирая в карман отпечатанный лист, подписанный как агент «Половой».
— Лилия Петровна, запросите дело некого «Полового», это срочно, — попросил он по селектору своего секретаря.
Через час Роберт Павлович знакомился с внушительной папкой, в которой был весь послужной список Лившица Демьяна Викентьевича, работающего метрдотелем в «Советской». Завербовали его на спекуляции красной и чёрной икры, которую он предлагал иностранцам и приезжим из соседних республик. От срока его отмазали, но держали на коротком поводке, поэтому Половой лез из кожи вон, лишь бы угодить своему куратору.
Уже поздно вечером, возвращаясь со службы домой, Итон заехал в адвокатскую контору к Гущину. О встрече они договорился заранее, иначе Степана было бы не найти, а так даже стол оказался накрыт: коньяк, лимон и тонко порезанная буженина. После крепкого рукопожатия, мужики тут же замахнули по чуть-чуть, так сказать для знакомства. Нет-нет, друг-друга они хорошо знали, но ни разу не общались тет-а-тет, не было подходящего случая.