Он как меня увидел, а знал он меня ,так и решил, что тайга все спишет. Выстрелил, потом я ему ответил.
Он и понял ,что я в тайгу не только с фоторужьем хожу, и на войне был в отличии от него.
Уйти хотел, тут я ему сначала плечо, потом ногу прострелил.
Тогда его другие темные дела открылись, пять лет дали, а дальше я не знаю.
- Какой ужас! Юля у него!
-Ясно, сколько у нас времени?
- Вечером обещал позвонить.
-Значит так, сейчас едем к очень серьезным людям. Ты молчишь или говоришь только по делу. Ясно?
-Ясно.
Он был неузнаваем, не пожилой дядечка, а мужчина: собранный, целеустремленный, со связями, которые тут же привели в действие машину правосудия.
Вернее вертолет.
Это не был спецназ, и не полиция, а частная охранная контора. Но профи там были такие ,что вся операция заняла три часа ,из которых час они летели до той самой поляны, где была моя милая Юлька.
Вечером сестра спала в мед.центре, в соседней палате спал Ярик, милый юноша, проявивший себя героем.
Насильник был в тюремной больнице.
Многочисленные показания сняты со всех участников дела.
Все официальные лица разъехались, и теперь я должна сделать то , что должна была сделать.
ГЛАВА 18. Киллер любви
- Лешенька, я так устала, поехали домой, – и я назвала адрес «подставной» квартиры. Я сделала это не со зла, мне действительно захотелось все обрубить разом, потому, что где-то в глубине моей души, уже теплился огонек нежности к этому взрослому мужчине ,тратившему на меня время.
Я боялась этой нежности, этой привязанности и не хотела, чтобы опять мне причинили боль. Чтобы снова не мучиться ,лучший способ – это работать на опережении, самому причинять эту боль. Резать по живому.
Квартира была вполне приличной. Я, мерзко хихикая, упорхнула в душ.
Сидеть можно было либо на постеленном, на полу ковре, либо на кровати, именно там он меня, и ждал.
В ванной висел халат, но я его не одела, предпочитая выйти в полотенце.
Покрывало было шелковым, оно приятно холодило тело, Я скомкала полотенце ,и бросила его на пол.
И закрыла глаза. И тишина. Он долго сидел не шелохнувшись ,потом осторожно прилег, и обнял меня сзади.
Я вспомнила, как Алина расписывала его, как маньяка- насильника.
-Будет душить, следы останутся, - обрадовалась я, и только, когда он нежно стал целовать меня сначала в затылок, потом за ухом, я вспомнила ,что не нажала «тревожную» кнопку в телефоне .
Алина так и не получит тревожный сигнал.
Телефон мой остался в душе, а я была уже в объятьях извращенца.
Меня стала колотить от страха мелкой мышиной дрожью.
- Будет так, как ты скажешь,- шептал он мне на ухо. - Если ты не готова ,я пойму, и приму любое твое решение. Мне уйти?
Да, когда же он успел раздеться ? Это все когда я о кнопке думала.?!
Тело его, поджарое и горячее, прижалась ко мне, и стало так уютно и совсем не противно, что я просто позволила ему делать все ,что он умеет и может. А умел он многое, и главное, все это было с нежностью и страстью.
Лицо его склонившееся надо мной было таким сосредоточенно-серьезным ,словно он вычислял логарифмы. А, ведь ,наверное и вычислял, когда начать убивать.
Никакого сопения, и неловких телодвижений, все четко и ритмично. И очень, я бы даже сказала красиво.
Ну, когда же, когда же он меня начнет убивать.
И ожидания мои оправдались. Горячая волна удовлетворения, остановка сердца, и краткое мгновение сладостной боли. Смерть, как ты можешь быть милосердна и прекрасна.
Я очнулась, и первое что увидела, был восхищенный взгляд моего «убийцы».
-Все хорошо, любимая .Мы созданы друг для друга, как ты считаешь?!
В коридоре раздался шум открываемой двери, и в спальню ворвалась Алина.
Алексей успел уже вскочить с кровати и завернуться в брошенное мной полотенце.
-Скоты, развратники, быдло! - вопила бизнес –вумен, пытаясь ударить мужчину сумочкой.
-Да успокойся ты, истеричка. Вы что родственницы? - он искренне ничего не понимал. Бедный, бедный маньяк.
-Ненавижу, всех вас ненавижу! – верещала моя кредиторша.
-Заткнись! - заорал мой нежный любовник .- Что здесь происходит? Леля, ты объясни!
- Ничего особенного. Мы тебя вычисли: ты маньяк, козел, и извращенец .
Алина, я не нажала кнопку, забыла .Думаю, следующего дубля не будет.
- Леля, о чем ты?
-Ну, ты изнасиловал мою подругу, причем в извращенной форме ,и должен был за это ответить а вместо этого всем хорошо, кроме нее.- и я показала на Алину.
- Отдай расписку, я выполнил свою работу. Он влюблен, а сейчас я его бросаю.
Алексей никого не стесняясь, стал одеваться .
-Я ее пальцем не тронул, вот она и беситься. А теперь, идите вы к черту ,дуры малахольные .
И он ушел, мужчина моей мечты .
А я стала слушать Алинкины рыдания по поводу того, как он ее не хотел ,как она тут перед ним вся из себя ,а он встал, и ушел.
-Мы квиты, от меня он тоже ушел.
Я встала и заглянула валявшуюся около кровати сумочку, расписки моей на заем денег не было.
-Где расписка?
-Условия договора ты не выполнила, мы его не засадим. А может, попробуем? А?
- Дрянь, какая же ты дрянь. И я с тобой стала такой же.
Я лихорадочно стала одеваться, от волнения и обиды, даже свитер наизнанку одела.
В это неподходящее время раздался звонок телефона, это была Галина Марковна. Она просила приехать, зачем -то с паспортом. Я приехала, благодарная старушке, за то что, отвлекла меня от самобичевания, за Алексея. Галина Марковна полусидела вся в подушках, губы накрашены, глаза подведены, волосы украшены красивым ободком. Рядом на кресле очень серьезная дама в умопомрачительных замшевых ботфортах. Такие я видела в евро бутике по цене нашей квартиры. Мадам оказалась нотариусом. Бывшая балерина написала дарственную на загородный дом в мою пользу. Нотариус советовала прописать в договоре об уходе, и присмотре, но Галина Марковна проявила характер. «Второго инсульта я не перенесу, ярмом на шее у Ненилы висеть не собираюсь. Жить буду в квартире, для загородного дома ,я слишком теперь стара». - не стареющая балерина улыбнулась.