Опять меня утянули воспоминания, а Зося стоит, ждет от меня помощи.
— Прокладки в левом ящике, — показала рукой на старинный комод.
Подруга достала оттуда Тампакс, долго вертела его в руках. Пришлось вставать и проводить небольшой ликбез по способу применения прокладок и тампонов. Рассказать о различных видах, размерах и крылышках. Та слушала и блаженно улыбалась, пока я прямо её об этом не спросила.
— Зось, ты контуженная или мазохистка? Тебе месячные доставляют радость?
Та сразу как-то погрустнела, на глазах появились слезы. Всхлипнув начала рассказывать свою невеселую историю. Оказывается до сегодняшнего дня у неё менструального цикла не было, врачи ставили диагноз «дисфункция яичников», который сам по себе ничего не объясняет.
— Зось, а сколько тебе лет? — спросила её.
Может у подруги затяжное половое созревание, такое говорят бывает. К тому же она занимается бодибилдингом, а этого имеются различные негативные последствия для женского организма.
— В марте исполнилось двадцать три! Знаешь как погано чувствовать себя «пустышкой», неспособной рожать, — заревела она.
Пришлось успокаивать, шептать на ушко что все проблемы позади, и теперь у неё всё получится. Что получится я не уточняла, слишком скользкая тема. За руку отвела в ванную, там она спрятавшись за занавеской приводила себя в порядок.
— Оль, простынь на диване запачкалась, я её потом отстираю, — выглянула она из за шторки душа.
— Не бери в голову, вместе с трусами заверни и выброси, я тебе дам другие, — успокоила её.
Наверное она об этом долго думала и переживала, как мол пойдет в сырых, застиранных. Надо Кате позвонить, пускай Зосю в больнице проверят, вдруг у неё там какая рана образовалась с непривычки, она же целый день тряслась на мотоцикле.
Проговорили с подругой до самого утра, она многое рассказала о своей жизни. Закончила институт с отличием, по специальности работать не пошла, осталась помогать отцу. Он всё про её беду знает, только вида не подаёт, пытается так успокоить. Постоянно заговаривает о женихах и замужестве, но какие к черту мужья в её положении.
— Был один, клялся в вечной любви, а как узнал о моем бесплодии, так сразу испарился. Ненавижу мужиков, они все самовлюбленные эгоисты! — хлопнула по столу кулаком, на который сразу начала дуть.
Обожглась девчонка на каком-то моральном уроде, теперь всех парней такими считает. По статистике бесплодием страдают оба пола на равных, пятьдесят на пятьдесят, но винят в отсутствие детей почему-то всегда женщин.
— Подожди, зачем же так огульно и под одну гребенку. Твой же папа не такой, и Кочетков, как с ним быть? — спросила подругу.
— Папа у меня золотой, а Антошка большой ребенок, за ним глаз да глаз нужен. Вот например вчера подвозил какую-то знакомую шмару, до этого она его не замечала, а как появилась квартира и машина так сразу глаз на него положила. В машине полезла целоваться, он пытался отбиваться, но куда там, деваха под сто кило. Хорошо я его ждала у подъезда, вытащила жирдяйку за волосы, у меня потом целый пучок в руках остался, — хихикнула она в конце.
Завтрак готовила Зося, у неё в отличие от меня талант, не такой конечно как у Катерины, но и до такого мне чапать и чапать. Впрочем насчет готовки ей переживать не надо, у неё же есть Антошка, а он это дело любит и умеет. Кате я уже позвонила, та обещала подъехать минут через десять. Как у неё появилась машина, так и начала везде опаздывать, а раньше примчалась бы в пять секунд. Вышли втроем на балкон, сегодня с утра солнце, опять началась жара. Послышалась за углом музыка, к нам во двор заруливала на своем «Мустанге» Катарина. Мелодия из авто была смутно знакомая, но пока мало понятная. Наконец машина остановилась у подъезда и из открытых окон донеслось — «Пей, развлекайся и спи по ночам с кем попало». От услышанного у меня отвалилась челюсть, впрочем совсем ненадолго, под слова — «Какая же ты падла», она со стуком захлопнулась. У сидевшей на скамейке бабульки выпала из рук клюка. Музон закончился, из дверей «Мустанга» показались красивые загорелые ноги, затем и сама хозяйка. Катерина в белых коротких шортах и такой же футболке была сексуальна, а когда она сладко потянулась… моя челюсть снова отвисла. Сверху кто-то сдавленно охнул, затем прямо перед моим носом пролетел зеленый поливальник. Настя тут же высунулась с балкона.